Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
пространной отповеди. Ее реверанс был исполнен сдержанного достоинства и – Константин был уверен, что не ошибся – ехидства.
– Что ж, ваше присутствие на нем доставит мне истинное удовольствие. И позвольте заметить – я счастлив, что ваше решение о принятии имперского подданства позволяет мне сделать вас действительным членом Совета. Хватит вам ходить в кандидатах, это, в конце концов, просто нелепо при том, сколько вы уже успели сделать для Империи.
Среди присутствующих прошелестел короткий шепоток. Действительный член Малого Совета? Вот это да! Интересно, и каким же это местом теперь попрут против Марии Сазоновой те, кто недоволен ее появлением на светской и политической аренах Кремля? Его высочество высказался совершенно недвусмысленно. Кем бы ни была эта женщина в прошлом, в данный момент она являлась фавориткой великого князя в изначальном значении этого слова: возможно и не любовницей, но любимицей – точно.
В парке было шумно и весело. Лето заканчивалось, но погода не вредничала, и по любой дорожке, лужайке или площадке со спортивными снарядами и обычными качелями носились стайки детей. Многоголосый гам Мэри не раздражал, она испытывала, по жалуй, только чтото вроде зависти. Черт возьми, этим детям не только не запрещали играть во что им вздумается – их в этом поощряли! Их игры не были тренировками, они просто играли, радовались жизни и, похоже, не думали о том, что надо набрать максимальный балл на Испытаниях… Впрочем, Испытаний у этих детей тоже не было. Нет, какието, наверное, всетаки были, но никто не пытался убедить малышей в том, что успешное прохождение тестов – единственное, ради чего стоит жить. Помнится, когда его величество во время аудиенции заявил, что бельтайнские методы подготовки экипажей отдают средневековым варварством, она обиделась. Виду, конечно, не показала, но обиделась. Теперь же… теперь она понимала, насколько ущербным, однобоким было ее собственное детство. Вон, даже с горкой она впервые столкнулась здесь, на Кремле.
А еще именно здесь, в Гагаринском парке, она своими глазами увидела памятник человеку, который первым из землян – первым из всего Человечества! – преодолел притяжение родной планеты. Невысокий и не сказать чтобы особо плечистый молодой мужчина улыбался так, что сердце замирало и хотелось улыбнуться ему в ответ. Мэри отдала должное мастерству скульптора: ни одно из до сих пор виденных ею изображений Юрия Гагарина не передавало в такой степени кипучую, бьющую через край энергию. Казалось, что ему и корабльто не был нужен – и так бы взлетел. А что? Запросто.
Приятно всетаки погреться на солнышке. Особенно теперь, когда основные дипломатические моменты утрясены, а второстепенные являются уже не ее заботой. Хотя Френсис и убежден в том, что без ее вмешательства Бельтайн не получил бы от Империи два списанных линкора в качестве орбитальных крепостей… Вздор, она тут ни при чем. Ну, обмолвилась на Малом Совете…
Неслышно подошедший Вальдес деликатно откашлялся, привлекая к себе ее внимание:
– Мария?
– Здравствуйте, Хуан, – улыбнулась она, стряхивая с себя задумчивость. – Спасибо за приглашение на прогулку, оно пришлось как нельзя кстати. Чтото я в последнее время совсем света белого не вижу. Хандрю, раздражаюсь по мелочам…
– Я так и понял. Ваше блестящее выступление третьего дня, на приеме в бельтайнском посольстве, произвело на всех присутствующих неизгладимое впечатление. Но мне показалось, что вы остались не слишком довольны – то ли сказанным, то ли собой.
Мэри досадливо скривилась:
– Не напоминайте, Хуан. Черт знает, что такое – совершенно вышла из себя. И казалось бы, что за повод? Ну, наговорила мне тетушка глупостей…
– Должен вам заметить, сеньорита, – наставительным тоном начал Вальдес, – что будь у меня такая тетушка, я бы…
– Ничего бы вы не сделали, сеньор. Вы же, какникак, кабальеро. А вот я, похоже, действительно не умею вести себя в приличном обществе.
Вальдес нетерпеливо взмахнул рукой, словно Отметая сказанное:
– Прежде всего, как показала практика, этого не умеет графиня Денисова.
– Очень может быть, – пожала плечами бельтайнка. – Но это не оправдание для меня. И бабушка расстроилась… ладно, оставим эту тему, она мне непри ятна, и я не собираюсь портить себе настроение в такой прекрасный день, как сегодня.
Мэри дождалась, пока проворный официант поставит на маленький столик запотевшие бокалы с лимонадом и удалится, с удовольствием отпила несколько глотков и требовательно посмотрела на своего собеседника.
– Давайте перейдем к делу, Хуан. Только не говорите мне, что предложили мне прогуляться по парку исключительно ради моего несомненного очарования.
– Мария,
