Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
чтото переключил на пульте, который держал в руках. Кресло Мэри и дисплей перед ним окутала матовая сфера полной конфиденциальности. Она только покачала головой: с такой техникой ей до сих пор сталкиваться не приходилось. Слышала, конечно, краем уха, но… Обычные «коконы тишины» – сколько угодно, хоть бы и на «Гринленде», однако тут, видимо, предполагалось исключить и возможность читать по губам.
– Официально – граф Уваров.
– А неофициально?
– Не граф Уваров. Хоть и очень похож, даже ДНКграмма совпадает, – Цинцадзе испытующе смотрел на Мэри, ожидая, должно быть, ее реакции.
– Клон, – она не спрашивала, скорее, утверждала.
– Молодец, – в голосе Цинцадзе прорезался акцент, что случалось не так уж часто.
– С тарисситовым имплантом.
– Молодец, – судя по всему, князь был доволен ею и немного зол, но не на нее, а на сложившуюся ситуацию.
– Угу, – Мэри потерла подбородок, ненадолго задумалась и снова подняла глаза на своего собеседника. – В связи с этим у меня остался только один вопрос.
– Это какой же?
– Почему я до сих пор не в наручниках? Ираклий Давидович усмехнулся, несколько раз соединил ладони в символических аплодисментах и снова посерьезнел.
– Были бы у меня на то основания – давно бы уже перед дознавателем сидела. Но оснований нет. Не только оснований – повода не вижу. Нечего ухмыляться. Думаешь, теряю хватку? Верно, теряю… но не до такой степени. Уж совсемто за рухлядь меня не держи.
– Извините, Ираклий Давидович, – покаянно пробормотала Мэри.
– Вот такто лучше. Хорошо, дорогая. Сегодня отдыхай, а завтра… впрочем, что это я. У тебя свое начальство есть. Тебя прямо сейчас связать с великим князем, или подождешь, пока Совет закончится?
– Можно и подождать. А вот с контрадмиралом Корсаковым я хотела бы переговорить сразу по прибытии на «Цербер».
Цинцадзе слегка приподнял брови, но комментировать не стал, только кивнул, и дисплей опустел.
Совет шел своим чередом. Хотя какой уж тут черед… Давно были забыты карты, определяющие очередность выступлений. Спросив разрешения у дам, мужчины закурили, и если бы не безукоризненная работа системы кондиционирования – дым в прямом смысле слова стоял бы коромыслом. Корсаков активно включился в обсуждение, хотя эта активность и давалась ему с некоторым трудом. Однако дело есть дело. Времени пребывать в растрепанных чувствах попросту нет.
А развернувшаяся за столом дискуссия как нельзя лучше способствовала упорядочиванию мыслей. Тем более что сейчас многие из присутствующих вставали с места, ходили по залу, снова садились… ктото опустился ненадолго в кресло Мэри, и оно уже не привлекало внимания. Почти не привлекало. В окружающем его шуме он не сразу расслышал сигнал вызова коммуникатора. Точнее, расслышал, но не поверил собственным ушам, поскольку перед началом заседания Совета выставил запрет на входящие вызовы и сообщения. Кто это, интересно, смог его преодолеть? Ого…
Торопливо отойдя в угол зала, где было не так шумно, он коснулся сенсора приема и негромко проговорил:
– Слушаю вас, ваша светлость, – и тут же задохнулся, потому что в его ухе знакомый голос чуть насмешливо произнес:
– Тогда уж «ваше сиятельство»!
– Мэри! – ахнул Никита во весь голос, и все обернулись к нему, а Константин торопливо обогнул стол и подошел почти вплотную. Глаза его, как Корсаков отметил с изрядной долей раздражения, сияли. Ну уж нет, ваше высочество, до вас очередь еще дойдет, а пока… он поднял ладонь и великий князь притормозил, понимающе кивая.
– Да… да… угу… «Цербердва», ясно… на Регентском Совете… здесь, рядом со мной… сейчас… ваше высочество, Мария Александровна спрашивает, можно ли перевести вызов в визуальный режим.
– Конечно! – Константин взял левую руку Никиты, вгляделся в коммуникатор и быстро ввел кодовую группу. Огромный экран осветился и на нем возникла Мэри. Корсакову показалось, что она похудела с их последней встречи. Впрочем, не исключено, что дело именно гак и обстояло – таким бескровным, заострившимся было ее лицо. Смотрела она, однако, бодро, бледные губы уверенно улыбались.
– Ваше высочество! Я имею честь доложить вам об успешном завершении своей миссии в Пространстве Лордан. Разрешите вам представить, – она сделала приглашающий жест, и рядом с ней появился мужчина средних лет, который даже в изрядно перепачканном и измятом костюме ухитрялся выглядеть элегантно. – Эрик ван Хофф!
Константин слегка склонил голову. Поклон Эрика, как с удовольствием отметил Петр Савельев, был существенно ниже. Похоже, уроженец Нового Амстердама решил покамест отложить в долгий ящик свои демократические взгляды и соответствующее воспитание. И правильно.
