Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
вернуться к предыдущему участку… Дада, господин капитан первого ранга, я вижу. С радостью, Андрей Максимович, но, согласитесь, не могла же я первой предложить общение без чинов старшему по званию? Так, угу… вы правы. А вот это уже интересно. С чего бы, не понимаю… Что?!
Мэри резко развернулась на каблуках и уставилась на совсем молодого капитана третьего ранга… как же его? Ах да, Егор Грызлов.
– Повторите, Егор, что вы сказали? Худощавый, невысокий, жилистый Грызлов как будто стал выше ростом и заметно прибавил в объеме. На покрасневшем остроносом лице возникло выражение непримиримого упрямства.
– Я сказал, что слышал во время боя чужие голоса. И когда одного такого я послал хорошим флотским загибом, он, помоему, растерялся, а преследовавший нас корабль притормозил. Да, Андрей Максимович, я псих, это я уже слышал, пусть так. Но я говорю, как было, а было – как говорю.
Скрестив руки на груди, Мэри обошла вокруг застывшего Грызлова, рассматривая его, как диковинку, выставленную в Галактическом зоопарке Свенсона.
– Нееет, сударь, должна вас обрадовать – а может, и разочаровать – вы не псих. Вы – уникум. Голоса, говорите? Еще немного, и психом, причем законченным, стану я. Мужчина? Да еще и не бельтайнец? Невероятно… откуда вы родом?
– С Голубики… – пробормотал растерявшийся каптри. Остальные молчали, глядя на Мэри во все глаза.
– Черт возьми… до сих пор считалось, что… И вы слышали? Действительно, слышали? С ума можно сойти… Так, перевожу вас в резерв командования, это не обсуждается. О том, что именно вы слышали, поговорим позже. Сейчас я мало на что гожусь. Совсем уже котелок не варит, устала как собака.
Она с силой провела ладонями по лицу, потерла виски и вдруг усмехнулась.
– А вы молодец, Грызлов. И, кстати, я не вижу ничего удивительного в реакции мозга, управляющего кораблемматкой. Думается мне, его до вас никто и никогда качественно не посылал!
Мэри еще раз прошлась по классу, покачивая головой и чтото бормоча себе под нос. Остановилась. Потянулась, разминая усталые мышцы.
– На сегодня все. Отдыхайте, господа.
Она коротко поклонилась и направилась к выходу. Глядящий ей вслед Грызлов вдруг произнес, отвечая на вопрос, которого, похоже, никто, кроме него, не слышал:
– В любое удобное для вас вре… что?!
Уже подошедшая к дверям Мэри обернулась и подмигнула:
– Небольшая проверка, Егор. Вы не псих и, думаю, никогда им не будете, даже если и захотите!
Собственно, новых корветов было шестнадцать. Бельтайн предоставил в распоряжение Империи двадцать пять действующих экипажей и еще пятнадцать, команды которых составляли отобранные Мэри резервисты. Проверка показала, что профессор Эренбург не ошибся в своих предположениях, и тридцать пилотов пахали как проклятые, учась брать под контроль объект «Доуэль». Этот последний имелся, к сожалению, в единственном экземпляре – тот самый, который Мэри достала с морского дна – и «работал» круглые сутки. Порой ей было искренне жаль несчастное… существо?., но выбора не было.
С экипажами, впрочем, хватало проблем и помимо тренировок. В первый же день одна из прибывших действующих пилотов спросила Мэри, как ей нравится быть «адмиральской подстилкой». Ответ пришлось тщательно дозировать таким образом, чтобы и свою точку зрения до Тары Донован донести, и не вывести ее из строя надолго. Однако помимо этого инцидента, который Мэри, в отличие от Никиты, посчитала скорее забавным, был еще один аспект, тревожащий ее. Одномоментное прибытие на «Титов» почти сотни очень красивых женщин произвело эффект разорвавшейся бомбы, и Мэри скрепя сердце была вынуждена снова проводить вводный инструктаж.
– Господа, – обратилась она к собравшимся в рекреационной зоне русским офицерам. Время было выбрано ею так, чтобы все бельтайнские экипажи были в разгоне. – У меня сложилось впечатление, что некоторые моменты нуждаются в освещении. Причем немедленно, пока не случилось беды. Прошу вас не перебивать меня. Я намерена говорить о действительно очень важных вещах. Сначала – немного истории. Когда я была подростком, меня некоторое время всерьез занимал вопрос, почему судьба моей матери сло жилась так, а не иначе. Потом стало както не до того, но… Сравнительно недавно я поняла, в чем заключалась причина, по которой она забыла об осторожности. Есть в русских офицерах чтото, смертельно – именно смертельно – привлекательное для бельтайнок, – горькая усмешка на секунду искривила ее губы. Окружающие молчали.
– Да, мать я поняла, но вот действия отца… До недавнего времени я никак не могла взять в толк, почему он поступил так, как поступил. Он что же, не понимал, чем может закончиться их роман для женщины, которую, как
