Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
обнимала свою внучку. Как же давно были этот пляж, этот закат, эти волны… даже не верится.
– Знаете, Мария Александровна, – проговорил неслышно подошедший Константин, – «Семья» вызывает у меня смешанные чувства. Умом я понимаю, что эта маленькая девочка – вы, но сердцем принять не могу.
– Я немного выросла с тех пор, ваше высочество, – мягко улыбнулась она. – Простите мою назойливость, но… обед…
– Дада, прошу к столу. Спасибо, лейтенант, дальше мы сами.
И они пошли к столу. В течение примерно получаса Мэри не была способна поддерживать связную беседу. Ей было немного стыдно своей жадности и торопливости, но она ничего не могла поделать. Внезапно проснувшийся после почти месяца безмятежного сна аппетит хозяйничал в организме нагло и бестрепетно и вообще вел себя как последняя свинья. Регент только сочувственно улыбался, со сноровкой заправского официанта подкладывая и подливая тогосего.
– Извините меня, Константин, – выговорила, наконец, Мэри, сконфуженно окидывая взглядом стол, приведенный ее стараниями в полное разорение.
Великий князь только покачал головой и еще раз наполнил ее бокал вином. Красным. Полусухим.
– Я рад, что вам понравился обед. И еще больше я рад тому, что тень, которая на помолвке кивала, улыбалась и говорила только тогда, когда к ней обращались, ушла в небытие. Могу я узнать, чему или кому обязан столь радостной переменой?
Мэри слегка пожала плечами, секунду подумала и решила не врать:
– Вчера я пообщалась с кутюрье, которой заказала свадебное платье. Сеньора Корсо заявила, что моя физическая форма ее не устраивает. Не слишком вежливо с ее стороны…
– …но подействовало? – подхватил регент. – Отлично. Могу я пригласить вас на верховую прогулку? Для поддержания физической формы?
– Вы смеетесь, Константин? Да меня сейчас сбросит самаяразсамая дохлая кляча, а таковых в ваших конюшнях не водится.
– Кстати, о клячах и конюшнях! – оживился великий князь. – Вы в курсе, что семья Рафферти намерена поставить на Кремле конный завод?
– Да, я говорила с Джереми на прошлой неделе. Строительство в разгаре, скоро начнут завозить лошадей. Неплохая задумка. Выгодная. И парню на пользу, не все ж ему за дедовы штаны держаться.
– Ого! – Константин явно развеселился. – Вы настолько хорошо знакомы с этими людьми, что называете Джереми Рафферти просто по имени?
– Да, неплохо, – кивнула Мэри, уделяя пристальное внимание десерту. – Бельтайн – маленький мир, друг друга знают если не все, то очень многие. Что же касается Рафферти, то я коечто сделала для них. А потом они коечто сделали для меня. Так бывает, знаете ли – ты мне, я тебе. Но за Джереми я действительно рада. При всех своих достоинствах старый Мозес… подавляет.
В глазах попрежнему улыбавшегося регента мелькнуло странное выражение. Мелькнуло и пропало, но Мэри была уже вполне сыта (ну почти), а потому за окружающей действительностью следила. Так что выражение было поймано за кончик хвоста и рассмотрено со всех сторон на предмет пристального изучения и оценки.
– Почему хорошо? – осведомилась она как можно небрежнее.
– Что, Мария, простите?
– Почему хорошо, что я близко знакома с Рафферти?
– Ну наконецто! Вот теперь вас можно узнать!
– А все же?
Константин немного помялся, потом махнул рукой – дескать, семи смертям не бывать – и предельно серьезно поинтересовался:
– Как вы относитесь к перспективе обзавестись вечным должником?
– А это смотря по тому, кто набивается в должники. Вообщето, скорее, отрицательно. Не люблю долгов, своих или чужих по отношению к себе. Но зависит от обстоятельств, конечно. Так кто наш соискатель?
– Алексей Туров. Я не помню, вы знакомы?
– Еще бы нам не быть знакомыми, – пожала плечами Мэри, – он же входит в Совет. А, кроме того, концерн Туровых – это корабельная броня, что автоматически делает знакомство с Алексеем желательным для любого старшего офицера флота. И вообще, Никита пригласил его на свадьбу.
– Так вот. Дело в том, что Лешка – страстный лошадник. А у Рафферти некоторое время назад появился уникальный, по его мнению, жеребец. Туров хотел его купить, предложил какието сумасшедшие деньги, но они не продали. Может быть, вы могли бы замолвить за него словечко?
Мэри задумчиво постучала серебряной ложечкой по зубам.
– Жеребец – племенной?
– Если я правильно понял Турова – да.
– Тогда Алексею можно только посочувствовать, – со вздохом резюмировала графиня Сазонова, откидываясь на спинку кресла. – Не продадут, сколько словечек не замолвливай. То есть мне, может быть, и продали бы… а может быть, и нет. Во всяком случае, ради Турова я даже и пробовать не стану. Единственное,
