Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
такой способ. Но пирожные же гораздо, гораздо вкуснее! А самое главное – растолстеть не получится, как ни старайся!
Дружный хохот разрядил возникшее было в каюткомпании напряжение, вызванное присутствием высокопоставленного пассажира, и дальше все пошло как по маслу. Байки сменялись разбором невесть где и когда состоявшихся полетов, поэтапный расклад боев – ностальгическими воспоминаниями о курсантской юности. Константин тоже добавил свои пять копеек, рассказав пару историй, которые вполне могли произойти и в летном училище. Истории имели успех, и он ощущал, что его, пожалуй, приняли в компанию. Мария, казалось, задремала.
Великий князь ненадолго отвлекся на Кобзарева, уважительно, но без угодливости пояснявшего некоторые технические моменты, когда в ответ на чьюто реплику графиня Корсакова лениво произнесла, не открывая глаз:
– А вот у полиции Бельтайна еще такая примета есть: если «Сапсан» летит задом наперед, значит, ветер сильный!
Покатившийся со смеху капитанлейтенант Бедретдинов еле сумел выговорить:
– Хороши же на вашей родине ветра, Мария Александровна! «Сапсан» задом наперед по определению летать не может! – и вдруг осекся.
Глаза Марии были теперь широко открыты, и в них горел хорошо знакомый Константину огонек. Кажется, сейчас парню не поздоровится.
– Не может, говорите? Ну да… ну да… вы у нас мужчина солидный, в летах…
У солидного мужчины в летах мгновенно заполыхали уши.
– Опытный пилот, на Белом Камне учились, ТТХ «Сапсана» с пеленок знаете… вот он у вас и не летает!
– А у вас летает?! – немедленно ощетинился Бедретдинов.
– А я молодая была, наглая… – в голосе капитана первого ранга появились мечтательные нотки. – Корпус с отличием, сертификаты получены, допуски открыты, всеобщая гордость… ну и своя собственная, не без того. Амбиции в полный рост, самолюбие зашкаливает, гонору – Кшись Буржек отдыхает…
В этом месте грохнули уже все, потому что вспыльчивое упрямство «вечного кавторанга» Кшиштофа Буржека давно стало притчей во языцех не только во флоте. А Мария закончила почти печально:
– …мозгов – ноль. Что мне тот «Сапсан», когда у меня корвет джигу пляшет?! Инструкцию по диагонали одним глазом посмотрела, на тренажерах помоталась – и вперед. А у всякой швали, за которой приходилось гоняться, на управлении совсем даже не дураки сидели. Да и об атмосфере я на тот момент знала только то, что она существует. В общем, пришлось научиться выжимать из птички все, на что она в принципе способна и не способна. Как частенько повторяет мой свекор: «Срать захочешь – портки снимешь!» А кстати!
Она выпрямилась в кресле и скрестила ноги; загогулина говорила опытному глазу, что в голову Марии Александровны пришла мысль, которая кажется ей весьма дельной.
– Если хотите, Ильдар Алиевич, мы с вами по завершении всей этой кутерьмы смотаемся в Балку… нам ведь положены будут отпуска, я ничего не путаю? Ну вот. Смотаемся в Балку, и я вам покажу, как «Сапсан» летает задом наперед. Там ничего сверхъестественного, на реверсе дробите тягу внахлест и на противовесе уходите в минуса.
Для Константина последняя фраза была сущей абракадаброй, но окружающие его флотские, должно быть, поняли, о чем речь. Поднялся невообразимый гвалт, были развернуты несколько дисплеев, на одном ктото уже рисовал схему, другой Мария быстро покрывала столбцами цифр. Бедретдинов, желавший всетаки оставить последнее слово за собой, заметил, что таким макаром спалить движок проще простого. И тут же услышал в ответ, что заменить сбитый истребитель и погибшего пилота дороже, чем отремонтировать двигатель.
Судя по возгласам и усмешкам, экипаж был явно не на стороне незадачливого капитанлейтенанта, с чем тому и пришлось смириться. К своему поражению молодой офицер, однако, отнесся легко и тут же клятвенно пообещал и в Балку слетать, и «Сапсан» задом наперед запустить. Если, конечно, госпожа капитан первого ранга гарантирует оплату ремонта. И снова смех, и снова ехидные подначки и вполне серьезный анализ предложенных решений… приятно посмотреть!
Впрочем, продолжалась идиллия недолго. Голос из динамика прокаркал: «Подлетное – минус тридцать!», и веселье как ветром сдуло.
– Внимание, говорит командир корабля! – повелительно рыкнула Мария. – Пассажирам и не занятым в ходовых и боевых постах членам экипажа занять места в эвакоботах. Готовность – двадцать минут. Выполнять.
Возмутиться и даже просто задать вопрос Константин не успел. Оно и к лучшему: мало того что пассажиру спорить с командиром корабля – последнее дело, так еще и дураком бы себя выставил по полной программе. Потому что Мария, безукоризненно (как всегда) поймавшая его настроение,
