Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
правителем должно было придать всей затее заметный оттенок легитимности. А уж способов заставить Государственный Совет принять именно эту кандидатуру сам Зарецкий видел как минимум три.
Исчезновение Константина идеально укладывалось в схему. Не зря, ох не зря Маша так дергалась по поводу Рудина… Жаль только, что докопаться до истинной подоплеки ее беспокойства удалось лишь после того, как случилось то, что случилось.
Докопался, что характерно, Варнавский. И, что еще более характерно, по собственной инициативе. Должно быть, происшествие с «Москвой» и ее пассажиркой каперанг воспринял как личное оскорбление. Принялся, отталкиваясь от следствия, искать причины. И нашел их. А толку?!
Выводы были сделаны, комуто уже оторвали голову, комуто это только предстояло… но факт оставался фактом. Старпомом «Москвы» по воле тщательно подготовленного коекем случая стал человек, чьим единственным, пусть и не признанным официально, сыном был Алексей Журавлев. Тот самый. Убитый Машей на Орлане. В то, что такую зацепку при составлении досье пропустили случайно, Зарецкий не верил, но все, что оставалось сейчас – ловить конский топот.
Да, при этаких раскладах не требуется никакой дополнительной мотивации. Деньги… чины… пресловутое благо Империи… пустое. А вот отправить на тот свет мерзавку, убившую единственного ребенка…
И не важно, кем был этот самый ребенок. И признавал ли ты само его существование. Главное, он был. А теперь, стараниями твари, имеющей наглость продолжать жить и радоваться жизни – нету.
Прелестно. Просто прелестно. Расчет филигранно точен. При расследовании сведения как бы невзначай всплывают и сведений этих вполне достаточно. Личная месть – на поверхности, а то, что возможность мести была тщательно организована…
Варнавский даже нашел того, кто передал информацию заинтересованным лицам. Нашел, малость помял (собственноручно) и вручил Зарецкому только что не с бантиком. Но – поздно, поздно, поздно!
И теперь оставалось надеяться лишь на то, что Саша Корсакова не ошибается по части наличия матери среди живых и то, что все они не ошибаются в Иване Георгиевиче. А поводов для сомнений хватало.
Вот, к примеру, эта история с вверенным подразделением. На кой ему сдался третий взвод девятой роты? Что это? Желание проявить себя? Или обзавестись… гм… лейбкампанцами? Дело известное, цезарей на престол возводят преторианцы.
Правда, имевшиеся во взводе информаторы (не пускать же дело на самотек!) ничего тревожного не сообщали. Разве что… уж эта мне затея с кодами…
Так или иначе, единственный верный способ доподлинно узнать, продается ли человек – посмотреть, как он отреагирует на попытку купить его. Купить за максимально возможную, запредельную цену. Генерал Зарецкий не сомневался, что попробуют именно купить. Не запугать: Иван Георгиевич не из пугливых. Не шантажировать: спрашивается, чем? Купить. А дальше все будет зависеть только от самого великого князя Ивана. Проявит себя достойно – молодец. Проявит недостойно – что ж…
Сейчас над Новоградским гарнизоном висели на геостационарной орбите два спутника. Первый занимался исключительно получением и передачей по назначению информации, обработкой которой круглосуточно занимался специально созданный отдел СБ. Второй… Зарецкий искренне надеялся, что до второго дело не дойдет. Но если понадобится – сигнал к началу атаки Василий Андреевич подаст недрогнувшей рукой. Истинный птенец гнезда Ираклиева, генерал служил в первую голову Отечеству. И для пользы его готов был на всё.
Срочный вызов застал его на службе: Зарецкий уже и забыл, когда ночевал дома в последний раз. Три дня назад? Четыре? Пара часов вполглаза на диване в кабинете – вот и все, что мог он позволить себе сейчас.
Да какая, к чертям свинячьим, разница, если на картинке, переданной со спутника, невысокий по сравнению с отцом и старшим братом смугловатый молодой человек со скромными лейтенантскими погонами на плечах уселся на стул пред старшими командирами, степенно выпил предложенную рюмку и начал слушать.
Ага, а это уже от «крота». Иван Георгиевич зовет на помощь. Весьма оригинальным способом зовет… вот вам и детские игры!
– Штурмовым группам – код четыре! – рявкнул Зарецкий адъютанту и, презрев лифт, ссыпался, грохоча каблуками, по лестнице.
Звук передавался плохо, плыл, срываясь то на писк, то на рычание… подготовились, сволочи. Одного только не учли: чтения по губам. Оператор, сидевший в отделе, вылезал из кожи вон, разворачивая изображение то так, то эдак, и представление о сказанном генерал имел достаточно полное. Не забыть поощрить парня…
Зарецкий уже подлетал к предельно аккуратно блокированному гарнизону,
