Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
корабль в Зону Сигма. За спинами Ивана и Зарецкого, так же полукругом, стояли вперемешку штурмовики СБ и бойцы бронепехоты. Эти последние изо всех сил вытягивали шеи, чтобы лучше видеть, но что взять со статистов? Репетицийто не было…
Как тут не улыбнуться? Однако улыбаться было нельзя, по крайней мере, до тех пор, пока этого не сделают великие князья.
Всетаки как здорово, что у разговора Ивана и Константина столько свидетелей со стороны Кремля! Глядишь, и Дейву не придется мудрить… с другой стороны, больше свидетелей – больше возможность утечки. Временной фактор, будь он неладен. Ну же!
Первым разомкнул губы Константин.
– Интересное у тебя окружение, братишка. Развлекаешься?
– Ага, – хмыкнул Иван, – по полной. Пока коекто гдето шлялся, мне тут корону предложили.
Старший брат приподнял правую бровь и небрежно осведомился:
– Далеко послал?
– А как же! В самой резкой форме, – ухмыльнулся младший. – Арестовал предложивших. Ну, не сам, конечно, помогли…
– Хорошо тебе, – вздохнул Константин, – есть кому помогать. А мы вот пока сами. С усами. Я даже с отцом еще не связывался, решил с тобой сначала переговорить. А ты вон как занят…
Братья обменялись понимающими усмешками.
– Что от нас требуется? – вступил в разговор шагнувший вперед Зарецкий. В отличие от Ивана смотрел он только на Мэри. Глаз не сводил. И, можно было не сомневаться, секундомер у него в голове работал четко.
Она чуть наклонилась, приближая лицо к дисплею:
– Мы сейчас, как вы уже, несомненно, в курсе, загораем в системе Тариссы в непосредственной близости от Зоны Сигма.
Генерал кивнул – координаты точки, из которой пришел вызов, ему сбросили.
– Вариантов два. Либо мы будем примерно сутки… да что там, больше!.. плюхать отсюда до Бельтайна – я пережгла движки, выскребаясь из пояса. И уже оттуда, с оказией… в общем, понятно. Либо нам пришлют когото в помощь через Тэту. Через Сигму не советую – тяжело. Правда.
– Кого вам прислать? – перешел к конкретике Зарецкий.
Мэри пожала плечами.
– В идеале «александровцев». Или «мининцев». А так – кто ближе, у меня на борту пятьдесят два в морге, тридцать два в лазарете и пять в гибернаторах.
– У тебя на борту? – сузил глаза мгновенно уловивший нюанс генерал, отбрасывая в сторону протокол. – Именно у тебя?
– А! Вы не в курсе, конечно. Рудинто того… арестован, короче. Капитан первого ранга Максимов погиб. Принять командование кораблем пришлось мне.
На обычно невозмутимом лице Василия Андреевича возникло сложносочиненное выражение, интерпретированное Мэри как «Час от часу не легче!».
– Так. Предлагаю следующее. Я сию минуту организую трехстороннюю связь. Думаю, его величеству новости понравятся, а кроме того, пусть приказ… ммм… – он вгляделся в коммуникатор и кивнул. – Пусть приказ на выдвижение «Мининской» эскадре отдаст Верховный главнокомандующий. Пока это еще Адмиралтейство раскачается…
«Я сейчас не доверяю никому», слышала в интонациях Зарецкого Мэри и была полностью с ним согласна. Она тоже никому не доверяла сейчас. И исключение из цепочки переговоров лишних звеньев всячески приветствовала. Однако пока все складывалось удачно. Даже удачнее, чем она смела надеяться.
А когда в ответ на ее сообщение о присутствии на борту «Москвы» съемочной группы Василий уважительно покрутил головой и пробормотал: «Ну, сильна!», она почти совсем успокоилась.
И возможность не участвовать в беседе Константина с отцом, братом и Зарецким восприняла почти как благословение. Она устала. Очень. И надеялась, что теперь у нее будет возможность хоть чутьчуть побыть просто женщиной. Пусть даже и не имеющей возможности связаться с детьми: по окончании беседы великий князь подтвердил запрет на связь до прибытия эскадры.
Дейв Карнеги развил на борту «Москвы» самую бурную деятельность. Помогали ему в этом благом начинании три убийственной красоты ассистентки, четыре оператора и хмурый, сосредоточенный техник. Обычно Мэри с удовольствием наблюдала за работой профессионалов (в какой бы области ни проявлялся профессионализм), однако сейчас энтузиазм репортера утомлял до последней степени.
Карнеги готов был играть по правилам и держаться в рамках, но только при условии, что правила ему известны, а рамки обозначены. Вот именно этим – объяснением правил и предельно четким обозначением рамок – Мэри и пришлось заниматься, причем на бегу. Постоять на месте хоть минутку Дейв был не способен по определению, это она помнила еще с процесса над Монро.
Пришлось сразу зайти с козырей, и это подействовало. Стоило ей сказать, откуда пришла «Москва» в Зону Сигма, и предъявить соответствующие записи, как
