Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
присоединяюсь к мнению бортинженера, капитан. – Сидевший ближе к ней мужчина изрядно оттопыренными ушами нахмурился. – Дело, похоже, табак.
– Курите, Харрис, – кивнула Мэри и слегка вытянула шею, ловя взгляд второго канонира: – Канонир правого борта?
– Если мне будет позволено это заметить, капитан, в Корпусе такой расклад назвали бы подставой.
– Блестяще. Я рада, господа, что мы пришли к единому мнению. – Мэри встала, жестом велев экипажу оставаться на своих местах. – Поскольку ни мне, ни вам не известно, в чем заключается проблема – если не считать того, что у нас имеется неслетанный экипаж под командованием капитана, только что окончившим Академию, – предлагаю для начала попытаться найти общий язык. Через три часа мы отбываем с Перекрестка. Время в пути – пять суток. На эти пять суток все мы, я уверена, сможем неплохо отдохнуть: наниматель расщедрился на билеты класса А, – при этом известии экипаж разом повеселел, – и попробовать стать действительно экипажем, а не горсткой разочарованных текущим положением дел людей. Все свободны. Встретимся на борту «Синего тигра». Да, еще одно. О’Нил, задержитесь.
Дождавшись, пока второй пилот и канониры выйдут за дверь, Мэри подошла вплотную к ухмыляющемуся бортинженеру, поманила его пальцем, а когда он склонил голову, доверительно прошептала на ухо:
– Вот что, Рори. Любое нарушение дисциплины, любая попытка мутить воду, и мы – ты и я – встречаемся в спортзале. Я не шучу. Ты меня понял?
Рори вздрогнул, выпрямился и непроизвольно потер челюсть. Потом вскинул правую ладонь к виску, совершенно забыв, видимо, что берета на нем нет, и гаркнул:
– Так точно, капитан, мэм!
Мэри демонстративно поковырялась мизинцем в ухе и жестом отпустила однокурсника. Начало было положено. Оставалось только выяснить – начало чего?
Бэйцзин Мэри понравился. Сразу по прилету – до встречи с нанимателем оставалось больше шести стандартных часов – она наняла такси и велела водителю показать ей город. Экипаж, действительно ставший почти экипажем за время перелета от Перекрестка Харта, в это время размещался в небольшом отеле, указанном в предписании: очередная странность конфликта, который, еще не начавшись, уже изрядно ей поднадоел. Мэри попросила Харриса отнести ее сумку в номер, благо ничего тяжелого там не было: гравикомпенсаторная броня осталась в камере хранения космопорта. Стоило ей выйти из дверей отеля, как к ней подскочил шустрый господин неопределенного возраста и с ходу предложил вызвать такси, свести с надежным пушером и дать адрес лучшего в городе заведения с мальчиками и девочками на любой вкус. Мэри, слегка нависнув над приставучим коротышкой, со всей доступной ей внушительностью объяснила, что сегодня и впредь намерена ограничиваться только первым пунктом. Однако, добавила она, если такси появится прямо сейчас и в дальнейшем всегда будет под рукой, комиссионные посредника составят десять процентов от суммы оплаты поездки. Взаимопонимание было достигнуто, человечек взмахнул рукой, такси словно материализовалось из воздуха в метре от нее, и Мэри отправилась осматривать достопримечательности.
Город очаровал ее. До сих пор ей не доводилось бывать в колониях, основанных выходцами с азиатского континента Земли, и теперь она рьяно впитывала новые впечатления. Было чтото неуловимо чуждое в планировке улиц, в расположении и форме окон, в цветовой гамме, используемой для домов и парков. А когда широкий проспект, внезапно раздался в стороны, такси остановилось на краю огромного пустого пространства, и Мэри увидела красные стены и прихотливо загнутые скосы крыш, она только тихонько ахнула при виде непривычной, но этого не менее изысканной красоты. Разумеется, она знала, где оказалась и что перед ней, но одно дело разглядывать голопроекцию, и совсем другое – ощущать силу, которой дышали окруженные стеной строения впереди. Водитель обернулся, с удовольствием полюбовался выражением лица пассажирки, вытянул руку вперед и провозгласил:
– Запретный город!
Ближе к вечеру, когда Бэйцзин окутали душные лиловые сумерки, Мэри поднялась и маленький конференцзал, расположенный на крыше отеля. Прозрачные стены вестибюля открывали великолепный вид на близкий космопорт и загорающиеся огни города. Однако ей было не до красот: у дверей зала стояло полдюжины бойцов. Именно бойцов, и бойцов серьезных. Глава телохранителей – а кем еще могли быть эти люди? – проверил идентификационную карту и отпечатки пальцев всех. Потом сделал, извинившись, соскоб кожи, сравнил полученный результат с имевшейся ДНКграммой, вежливо, но безапелляционно потребовал сдать оружие, если таковое имеется, и наконец распахнул перед Мэри тяжелую створку.
