под доспехом кольчуга тройного плетенья и толстый поддоспешник. Думаю, такая груда железа без труда переживет удар мага точки. На боку палаш, и два кремневых пистолета.
Из рассказов принцессы стало ясно, что она так впечатлилась способностями и отвагой этой бабы, которой на самом деле лет двадцать, что присвоила ей титул шевалье. Во время того примечательного боя я пару раз бросал взгляды в сторону принцессы и ее охраны, так вот Агнес там действительно выделялась. Простых людей она рубила как тростник, не слишком заботясь о собственной защите, все равно эту груду железа сходу не пробить. И вроде даже пару магов успела прихлопнуть, прежде чем я до них добрался.
Причем возведением в дворянское достоинство блага, свалившиеся на Агнес, не закончились, поскольку принцесса хочет назначить её командиром четвертого королевского полка состоящего, только из простолюдинов вооруженных мушкетами.
Не знаю, что из этого получится, но пока Агнесс четко выполняет обязанности цепного пса при принцессе. Она даже нас не желала подпускать к ее телу. Но после прямого приказа Генриетты успокоиться и десятка секунд игры в гляделки со мной, она уступила и признала наше право быть рядом. Правда от нее так и исходили волны ненависти направленные на магов. Что интересно Генриетте она действительно была верна, насколько я смог понять.
Я, было, собирался обидеться, Агнес уже наградили, а наши старания замылили. Но принцесса уверила нас, что ввиду особых заслуг наше награждение будет после коронации. Поскольку принцесса все же не обладает всей полнотой власти для раздачи столь значимых пряников.
Вслед за нашей каретой маршировали грифоны, гиппогрифы и мантикоры, а уже за ними остальные войска в пешем порядке, в самом конце процессии вели пленных Альбионских дворян, за которыми следовали многочисленные пленные солдаты. Коих было не меньше тысячи, основную массу составляли матросы судов, которые практически не участвовали в битве, но встречались и немногочисленные счастливчики из наемников. Причем дворяне шли при оружии, но без магических палочек. А солдат вели в кандалах, и специально не дав им вымыться за все дни после боя. Прямо теряюсь в догадках, что устроители парада хотели этим сказать.
В небе над нами парили четыре трофейных судна, которым успели заменить камни ветра, к сожалению Лексингтон поднять в воздух не смогли, у него был камень особых размеров. Рядом с кораблями периодически снижаясь к земле, крутились всадники на драконах, как на огненных, так и на воздушных.
В общем, демонстрировали мощь и величие армии и дворянства по полной программе. Улицы города были узковаты для таких шествий, и поэтому все обочины и фасады домов были облеплены гомонящим народом. Из окон, с чердаков и крыш зданий, мимо которых проезжала процессия, люди в едином порыве издавали радостные крики:
– Да здравствует Принцесса Генриетта!
– Да здравствует Тристейн!
Самое примечательное, что жители искренне боготворили свою спасительницу, Генриетту. Я чувствовал потоки радости и счастья от толпы. Видимо простой народ понимал, чем для них черевата армия Альбиона на улицах города, и победа Принцессы всколыхнула волну народного обожания.
Парадное шествие оказалось занятием утомительным, хорошо хоть мы ехали в карете, но и так я заманался вместе со всеми махать рукой горожанам. Хорошо Терезе, плюхнулась на сиденье, подложив под попку пару подушек, для высоты, и радостно болтала ногами, наслаждаясь своим положением, а нам приходилось стоять и приветствовать народ.
После парадного шествия основная часть участвовавшей в нем армии рассосалась по городу, на центральной площади оставили только полк грифонов и мантикор, для создания праздничной массовки при последующей коронации. Так же в угол центральной площади загнали пленных Альбионцев, и, похоже, так их там и забыли. С другой стороны они и не требовали особой охраны.
Когда дворяне попадают в плен, они следуют присяге военнопленного. Если кто-то ее нарушит, его честь и честь его рода будут втоптаны в грязь. А для дворян, которые больше всего дорожат своей честью, такой поступок хуже смерти. С другой стороны они уже и так запятнали себя вероломным нападением, но вина за этот поступок лежит на Кромвеле.
А вот многочисленных пленных солдат так и продолжили водить по городу, дабы каждый горожанин мог убедиться в победе и плюнуть в морду мерзким Альбионцам. Эти пленные сегодня должны будут появиться на сцене, после коронации, где Генриетта решит их судьбу.
Кстати о коронации, как, только, принцесса переоделась, началась и она, девушка сменила свой доспех на наряд чем-то напоминающий свадебный, белое платье с длинным шлейфом и
