Фантазии офисной мышки

цифры не сходятся!
Этим вечером домашние встречали меня ласково. Еще бы — ведь сегодня зарплата. И я, как Дед Мороз, явилась домой с подарками. Маме купила легкий шарф в разноцветную полоску, Тинке — маечку в горошек, сестре — французский крем для лица, а Генке — бутылку коньяка. И как всегда, не угадала.
Мама вежливо поблагодарила и отложила шарф в сторону с таким видом, что мне стало ясно: она его никогда не наденет. Сестра скорчила недовольную физиономию — оказывается, крем этой фирмы давно уже производят в Польше, и он не обладает достоинствами французского. Тинка заорала, что точно такая маечка есть у ее ближайшей подружки, а Генка поглядел на меня жалостливо, как на идиотку, пускающую слюни, и сказал, чтобы впредь я не покупала того, в чем совершенно не разбираюсь, и что ему лучше подарки давать деньгами.
Вам интересно, отчего я все это терплю? Они — моя семья, если они отвернутся от меня, я останусь совсем одна. Жалкими подарками я пытаюсь купить их расположение. Не всегда это удается, но я стараюсь.
Иногда, в минуту слабости, я думаю, что все могло бы быть по-другому. У меня вполне могла бы быть своя собственная семья — муж, дети… Про детей думалось как-то смутно. Но не у всех же вырастают такие чудовища, как Тинка. А у меня был бы маленький мальчик — толстенький, солидный, клеил бы модели из конструктора, книжки умные читал… Весь в папу…
Так, не хотела же вспоминать, но пришлось. Не то чтобы эти воспоминания доставляли мне много горя, после того происшествия двадцать лет назад в заброшенном доме худших воспоминаний у меня быть не может. Но все же некоторые неприятные ощущения… сожаления… И все такое прочее. Моя отвратительно себя ведущая судьба дала мне один-единственный шанс устроить свою жизнь по-нормальному. И та же судьба тут же этот шанс отобрала.
Мне было двадцать лет, и мы познакомились с Сашей на курсах английского языка. Он подсел ко мне на первую парту, извинившись, что сзади плохо видит то, что написано на доске. И так с тех пор и садился на свое место, я никого больше туда не пускала. Он был старше меня года на четыре, уже окончил институт, английский нужен был ему для работы — предлагали стажировку в Штатах. Он был очень симпатичный — хорошая улыбка, серые глаза, очки их совершенно не портили. Когда сидишь рядом, невольно касаешься друг друга — то локтем, то ручку или карандаш передать. Я долго не осознавала, что Сашины прикосновения нисколько не пугают меня и не раздражают. Однажды он пропустил два занятия, и я поймала себя на мысли, что скучаю по нашим прогулкам до метро и разговорам обо всем.
Потом он появился, сказал, что был в командировке, забрал мои тетрадки, а потом, чтобы их отдать, пригласил в кафе. И до меня наконец дошло, что я влюбилась. Он был такой хороший… Главное чувство, которое я испытывала к Саше, — это доверие. Я твердо знала, что этот человек никогда не сделает мне ничего плохого. Больше того, я забыла о том, что когда-то мне пытались причинить боль, даже пытались убить. Детские воспоминания отошли далеко-далеко в глубину моей измученной души. Конечно, они сдались не сразу — медленно, шаг за шагом, я привыкала к мужчине рядом. Для меня было открытием, что можно ходить по улице обнявшись, и от близости горячего мужского тела хотелось не убежать, а прижаться к нему еще сильнее. Впервые почувствовав на своих плечах его руки, я не шарахнулась в сторону, а сама доверчиво обняла его за шею.
Первый поцелуй прошел не так гладко, как хотелось бы, но я быстро делала успехи.
Лето прошло, наступила дождливая осень, нам совершенно негде было уединиться — он жил вдвоем с мамой в крошечной двухкомнатной квартирке, у меня же сестру в очередной раз выгнали с работы, и она, стесняясь подрастающей Тинки, не водила своих хахалей в квартиру, а исчезала по вечерам. Но днем, по ее выражению, занималась собой — то есть спала до полудня, болтала по телефону, валяясь на неубранной кровати, наложив на лицо питательную маску. Я не скрывала от Саши, что до него у меня никого не было — вообще никого, даже не целовал никто ни разу. Он выслушал меня очень внимательно и сказал, что нам не подходит такой вариант, как встречи наспех в чужой захламленной квартире на час-полтора. И что нужно взять путевку в какой-нибудь дом отдыха или забронировать номер в хорошей гостинице. Там неделю мы будем только вдвоем, никто не помешает.
Я с восторгом согласилась. Но перед тем, как совершить такой ответственный шаг, все же решилась привести Сашу в дом и познакомить со своей семьей. Мама бы не отпустила меня никуда с незнакомым человеком…
Думаю, вы уже догадались, что произошло потом? Я-то целый месяц ни о чем не догадывалась — говорила же, что испытывала к Саше безграничное доверие.
Отчего сестрица положила на него глаз? Ну, интересный,