Фэнтезятина

Ну, сколько помнил. Мистика, призраки, убийства… Как раз под настроение.
Перевести успел с пятого на десятое. Меньше десяти строф из разных мест. И не факт, что не переврал. Начал с «Весь в железной броне он сидит на коне», а последней строфой у меня было:
«Выкупается кровью пролитая кровь,
То убийце скажи моему.
Беззаконную небо карает любовь,
Ты сама будь свидетель тому».
Молодой магистр из Леиды, кажется, граф Берно, все занятие сбивался, тоже смотрел на меня, а потом не выдержал и попросил поделиться результатами моих трудов. Эффект был. Даже не скажу какой. Похоже, все выпали в осадок. Умели же сказать классики…
Не знаю, что они там подумали, но настроение поднялось. Теперь не одному мне голову ломать, пусть тоже помучаются.
Зато на Танцах, занимавших последнюю на сегодня пару, было удивительно просторно. Ни одной принцессы, а с ними и все магистры пропали, вместе с половиной студентов. Так что танцы с пришедшими актрисками прошли достаточно раскрепощенно, чтобы не сказать, фривольно. Я даже договорился посетить через день спектакль моей сегодняшней партнерши, Мерты, в котором она играла сразу две роли. Пятой пастушки в первом отделении и третьей утопленницы в последнем.
Ставшее было хорошим настроение, испортил ректор. На танцах его, понятно, не было, но своего старичка-секретаря он за мной прислал. Оказалось, через месяц во дворце торжественное мероприятие по случаю какого-то юбилея воцарения нынешней династии. На весь день. С военным парадом, фейерверками, представлениями, народным гуляньем и танцами. Для аристократов — отдельно. Я — приглашен. Мое недоумение, почему приглашение мне передает лично ректор, а не какой-нибудь курьер из канцелярии, мессир Ортори разъяснил сам, не дожидаясь вопроса. (Не дождался бы, я его только мысленно произнес.) Оказывается, все важнейшие, даже не знаю, как назвать, институты и составные части королевства, как то: провинции, крупнейшие города, флот, армия и Академия устраивают на мероприятии что-то вроде выставки достижений народного хозяйства. И ректор очень просит меня дать народу полюбоваться на мои трофеи из Пустыни. С гарантией сохранности. И проведением на следующий день открытого аукциона, если я захочу что-либо из своих трофеев продать. Личная просьба королевы.
Ну вот, приплыли. Отказать неудобно, но столь навязчивый интерес меня совершенно не радует. Конечно, продать трофеи было бы здорово. По цене, которая бы позволила мне спокойно жить и учиться, не беспокоясь о деньгах. Но почему-то я совсем не верю в честный аукцион, и моя интуиция со мной полностью согласна. Не аукцион это будет, а «королевские фанты», как в «Золушке» Е.Л.Шварца. «Никто фанты не отбирает, никто не назначает, а как сказал король, так и будет». Очень заманчиво!
Сказал, что про аукцион мне надо подумать. Про выставку — посмотреть, какие стенды мне можно заполнить и все такое. Кажется, со «стендами» я лопухнулся, ректор удивился моей осведомленности. Сказать было нечего, просто пожал плечами. И откланялся.
Наконец, сидя в кафе за обедо-ужином, попытался проанализировать свалившуюся на мою голову информацию.
Получается, принцессы считают меня бастардом покойного короля Альзена IV. Искренне считают, судя по эмоциям. В принципе, можно было бы сказать «Ну и что?». Разве, немного за Бриана-старшего обидно, но лично мне плевать, кто на самом деле был или считается, что был, родителями этого тела. Почему они так подумали, в принципе теперь мне понятно. Насмотрелся я на местных аристократов и их ауры. Сильные маги получаются здесь только от сильных магов родителей. То есть — аристократов. О методиках и заклинаниях Витадхоциуса здесь не знают, и я никого просвещать не заинтересован. Такое можно доверить только очень близким и надежным людям, а таковых у меня нет.
Те, кто знает о моем происхождении, о Матильде, Бриане и Альзене IV, а принцессы и королева наверняка знают, уверены, что я незаконный сын короля, и переубедить их не получится, не рассказав о моем появлении в этом мире. То есть придется смириться с тем, что я — бастард. И хрен бы с ним, прав на престол никаких, а благородная кровь должна только шарму добавить в глазах прочей аристократии. Но этого почему-то не произошло. Королева-мать Теодора (как минимум) жаждет меня убить. А Изольда — как-то использовать в своих играх. И это, пожалуй, пугает меня даже больше. Хотя, наверное, эти цели взаимосвязаны. Точнее, причина, породившая эти цели, одна и та же. Наверное.
Как же меня можно использовать в игре королей? Ставки тут явно большие. Никаких идей, кроме как «претендент на престол», я не вижу. Но бастард может стать претендентом, только если законные представители