Фэнтезятина

единым духом, как в ледяную воду бросаясь:
— Нет. Если ты сам станешь королем Лавардии.
Я хотел рассмеяться, но тут это было бы явно не к месту. Фьерделин не шутил. У него с чувством юмора было как-то не очень. С мозгами, я считал — тоже. Но совсем тупым солдафоном его не назовешь. Что-то у него было, хотя бы частично компенсирующее отсутствие острого ума. Чутье, что ли? Нет, неслучайно он ко мне подошел с такой странной просьбой, и неслучайно он был первым, кто ко мне с таким разговором подошел.
— Так, что случилось с королем Альзеном?
И Фьердолин рассказал мне подробности, которые я не услышал от Бертана Хольтского. Король был очень сильным магом и, примчавшись в Эвронт с гвардией и магами, которых успел собрать в столице, сразу же решил показать хавингам свою мощь. Послав гвардию вперед, гнать пиратов обратно на их корабли, он ставил рядом с собой только пятерку солдат. А магов, десять человек (!) объединил в круг. Каким конкретно образом он собирался уничтожить корабли хавингов, осталось неизвестным. В момент накачки заклинания маной, какой-то мелкий шкет кинул ему прямо под ноги Плод Пустыни. Маги попадали без сознания. И сразу же откуда-то на них выскочила толпа пиратов.
Бывшие рядом гвардейцы подхватили короля, остальные кинулись на помощь. Но хавинги и не пытались магов унести. Они почти молниеносно обобрали их и, отступая от гвардейцев, зарезали всех. Двух архимагов и восемь магистров! Из лучших аристократических родов королевства! Чудовищная, невосполнимая потеря, вину за которую их родственники возложили на Альзена V.
В довершение несчастий короля, с ним произошло то же самое, что и с Ортом Зейманом — каналы пошли вразнос, и он, фактически, утратил магические способности. В результате, Альзен V застрял в Эвронте, в Лаварде собирается Совет Пэров, и остаться на своем месте у короля не получится. Сам он хочет ввести регентство до своего выздоровления, предлагая на место регента Клеону. Возможно, вариант и прошел бы, но королева-мать попыталась уговорить Совет сделать регентом или сразу королем своего младшенького. Но, глянув на магический потенциал Отона, пэры возмутились, и последствия теперь непредсказуемы. Регентство? Новый король? Смена династии? Среди прочих кандидатов на трон прозвучало и мое имя. Дети, участвовавшие в нашем походе, успели связаться с родней, среди которых были и пэры. Так что Совет в курсе моего происхождения, магической силы в шестнадцатилетнем возрасте и заслугах перед страной. Шансы у меня есть. Фьерделин, конечно, не пэр, но род у него уважаемый, в коннетабли просто так не попадают. Так что он считает, что наши интересы совпадают.
Смелое заявление. И перспективы — голова может закружиться. Похоже, все, чего я опасался, стало сбываться. Меня, не спросясь, двигают в короли. А оно мне надо? Как бы не оказаться в положении Генриха Валуа, выбранного поляками в короли. Добравшись до Кракова и поняв, что его там ждет, бедный король рванул бегом в родную Францию, а ясновельможные паны гнались за ним с собаками, чтобы вернуть обратно на трон.
Впрочем, игра пошла такого уровня, что резкие высказывания стали недопустимы. Я вежливо улыбнулся:
— Грустная ситуация возникла в королевстве, можно только посочувствовать. Вы правы, положение надо спасать. Но я совершенно не уверен, что являюсь реальным и, уж тем более, лучшим кандидатом. Хотя за лестное мнение — спасибо. И при любых условиях, ты должен понимать, что, не зная всех подробностей, а ты их тоже не знаешь, давать какие-либо серьезные обещания было бы безответственным. Но я понимаю твое желание сохранить пост коннетабля в роду, и что ты, несомненно, будешь основным кандидатом на этот пост.
Во, как сказал! После чего добавил:
— Надеюсь, все недоразумения между нами остались в прошлом?
И даже слегка его приобнял, прощаясь.
После чего сел медитировать и думать.
Итак, что мы имеем? Король Альзен — больше не может быть правящим королем. И это факт. Если его накрыло, как в свое время Зеймана, прежнюю силу ему уже не вернуть. Даже если я ему буду помогать, используя заклинания и методики Витадхоциуса. А я буду? Помогать человеку, который приказал разрушить мой замок и ответственен за смерть родителей моего тела? Как ни странно, при определенных условиях — это возможно. Матильду и Бриана-старшего мне жаль, но родителями я их не ощущаю. Для меня они просто хорошие люди, наследником которых я, волею обстоятельств, стал. Их непосредственным убийцам я уже отомстил, а из королевской семьи реальный враг у меня — королева-мать. Королю, скорее всего, вся эта история была безразлична, вот он и дал Теодоре карт-бланш. Это его, конечно, не с лучшей стороны характеризует, но, по большому счету,