Фэнтезятина

им трофеи подтверждают правдивость его слов и дают очень ценный материал для исследований.
Было очень приятно слушать, как тебя расхваливает королева, но и вызывало это определенное беспокойство. Я, конечно, хотел засветиться, считая это единственной возможностью себя обезопасить, но получилось слишком уж ярко. Изольда как бы надо мной фонарь зажгла: «Смотрите, вот он!». В таких условиях контролировать последствия будет очень трудно. И не верю я, что королева читает мне такой панегирик просто так, под впечатлением рассказа о моих приключениях. Что-то ей от меня надо. И надо, чтобы я от этого отвертеться не смог.
Королева продолжила:
— Наш уважаемый мессир Ортори обратился ко мне с прошением по поводу этого юноши. Его высокий потенциал позволяет рассчитывать, что потраченные на его обучения усилия не пропадут зря. Через год-два он вполне способен стать магистром, а через пять-десять лет архимагом. Он уже получил начальное домашнее обучение, и что немаловажно, в рамках оригинальной школы. А его опыт пересечения Пустыни отрывает новые перспективы не только в организации практических полевых занятий студентов, но способен простимулировать научную активность всей Академии, особенно по ранее обозначенным мною направлениям. В следствии сказанного, мессир Ортори считает, что этого юношу надо не только учить, но и привлекать к работе в Академии. В его лице мы можем получить крайне полезного сотрудника, а в будущем еще одного архимага. Так что ректор просил меня принять этого юношу в подданные короны Леиды, тем более, что наши соседи в Лавардии не проявили должного уважения к его семье.
Как сказано, однако! Заслушаешься. Официального прошения на получения местного гражданства я, вроде, еще не подавал, но, похоже, это уже сделали за меня, да так, что уже не отвертишься. Впрочем, об этом и говорила принцесса, а я устно выразил согласие. Видимо в этом мире дворянское слово, чтобы стать документом, в занесении на бумагу не нуждается. Надо будет за своим языком следить. Пока-то, вроде, все нормально идет, но соглашаться просто, чтобы отстали, здесь не следует. Даже не знаю, хорошо это или плохо? Непривычно.
Королева тем временем продолжила:
— Прошение мессира Ортори я рассмотрела. Действительно, сильные аргументы. Этот достойный юноша вполне мог бы войти в элиту дворянства Леиды…
«Мог бы»? Что-то мне не нравится, куда королева стала поворачивать свою речь. И эмоции ее в этой толпе не выделишь, только головную боль заработаешь.
— Королева не для того принимает законы, чтобы сама их нарушать. Юноша, безусловно, достойный, и принимать его в студенты, надо. Причем не просто, а именно в ту группу для особо одаренных, о которой говорилось раньше. Также не подлежит сомнению, что надо его и к работе Академии привлекать. Но возможность учиться в Академии Леиды для иностранцев и так вовсе не закрыта. Равно как и возможность в Академии работать. А принять в подданство любого просителя королева может только после того, как тот хотя бы пять лет проживет в Леиде и докажет свою полезность короне. Менять закон ради единственного случая — создавать очень опасный прецедент, и я этого делать не буду. Я думаю, что мессир Ортори это и сам понимает, а его заинтересованность в перспективном студенте поможет этому юноше лучше раскрыться и доказать свою полезность нашему государству.
Дальше я не слушал. Сидел, как оплеванный. Вот она, королевская милость! Наобещали с три короба, а в результате только из меня же подарки выцыганили. Поступить на платной основе в Академию я мог и без протекции. Не сейчас, так через год. И что делать прикажете?
Так, спокойнее! Надо обойтись без истерик. Бриану это простительно, но во мне же и тысячелетний маг присутствует. Правда, весьма слабо. Но и Дима Бершов тоже уже кое-какой жизненный опыт приобрести успел. Так что надо все спокойно обдумать. Что, собственно, произошло? Королева спустила меня с небес на землю. Под плинтус не загоняла, в сортире не мочила. Не с такими комплиментами.
Так что рвать отсюда когти куда-нибудь еще дальше, большого смысла нет. Все-таки главное для меня сейчас — личная безопасность, а здесь она у меня будет явно не хуже, чем в любом другом месте.
В Академию меня берут, с этого года и даже в группу для продвинутых. Чего я, собственно, и добивался. Так что с этим — все O’k. Что еще? Ректор меня припахать в своих интересах рассчитывает. Пусть рассчитывает. С платного студента, да еще и не подданного страны, короче, с меня, бесплатно он больше ничего не получит. Только на взаимовыгодной основе. Причем моя выгода должна быть реальной, здесь и сейчас, а не в отдаленном будущем.
Может ли он на меня надавить? Чем? Отчислить и, тем самым, кинуть