Все началось с того, что в один непрекрасный день меня выперли из института. И ладно бы я была действительно виновата — но ведь чистая случайность! Ну и что, что вместо обычного зелья от аллергии у меня приворотное получилось. Я же не специально! Но это еще что, дальше — хуже!
Авторы: Николаева Мария Сергеевна
на улицах Симфы, а заодно и посмотреть-послушать…
– Привет! – Я широко улыбнулась своему приятелю. – Я тут задумала окрестности осмотреть, не составишь мне компанию по старой дружбе?
Рельм бросил быстрый взгляд на мою ба, что не могло не вызвать улыбку на моем лице. Бедный-бедный демон! Кажется, он окончательно потерян для общества. А ведь казался таким самодостаточным и уверенным… Эх, все-таки леди рода Лиршей весьма сильные дамы: либо они склоняются сами, либо подчиняют себе все ваши помыслы и желания… Жаль, что Рельм оказался из второй группы.
Но не успела я посетовать на подобную подлянку, подброшенную судьбой, как он внезапно согласился:
– А почему нет? – и заговорщицки подмигнул мне.
Я осторожно скосила глаза на ба. Марьяса Лиршей лишь недовольно глянула на нас, но этот ее взгляд был таким непродолжительным… В общем, улыбаемся и делаем вид, что ничего не видели.
А то, что Рельм еще может сопротивляться воле моей ба, – существенный плюс. С нами по-другому нельзя, иначе выйдем из-под контроля и тако-о-ого наворотим… Думаю, именно поэтому мы и ищем своих мужчин так долго, да и выбираем со всем тщанием и старательностью. И я действительно рада за Марьясу – не всем же везет сразу, как мне. Хотя думаю, она мой выбор не преминула бы оспорить…
– Тогда пошли? – встряхнувшись и решительно задвинув все посторонние мысли, произнесла я.
Рельм сразу же протянул мне руку, которую я с улыбкой абсолютно счастливого человека и приняла. Кстати, раз уж мы снова вернулись к дружеским отношениям…
– А цветы?! – возмущенным тоном поинтересовалась я; губы кривила предательская улыбка, но с этим, к сожалению, я воевать не могла. Этот демон всегда производил на меня впечатление. Я восхищалась им, возможно, даже была чуть влюблена (как любая девушка – в живое совершенство), и эти чувства невольно подчиняли меня. Пусть кратковременно, но я вполне могла бы забыться рядом с этим демоном. Он как будто не подпускал к себе неприятности и мысли о них… весьма заманчивое свойство, кстати сказать, пленительное. Особенно при моей неспокойной жизни.
– Совсем забыл! – хлопнув себя по лбу, с улыбкой произнес Рельм. Наверно, тоже вспомнил наше первое столкновение и букет, подаренный в качестве извинения. Кстати, интересно, а Тиа тогда хоть немного ревновал? Вряд ли, конечно, альвам это чувство неизвестно по определению, а жаль. – Держи. Угодил? – И он протянул мне охапку роз, точь-в-точь таких же, как в первый раз.
Я с преувеличенным энтузиазмом закивала. Разумеется, цветы мне нравились. Да и Марьясу надо немного помучить, а то она, кажется, слишком привыкла к повышенному вниманию со стороны своего кавалера.
– Тогда ставь букет в вазу – и пойдем. И так уже полдня прошло, пока ты в кровати валялась, – покровительственно глядя на меня, произнес Рельм.
Решив, что если погибать, то исключительно под гром фанфар, я широко улыбнулась незнакомому черноволосому демону и сунула ему в руки букет.
– Позаботьтесь о цветочках, пожалуйста, – прощебетала я и уже повернулась к выходу, когда меня остановил оклик Марьясы Огненной:
– Крисса Мария Лиршей! Как ты себя ведешь в обществе высокопоставленных персон?!
Я недоуменно глянула через плечо на свою ба. Это она сейчас о чем? Против воли мой взгляд переместился на «незнакомца». Судя по реакции Рельма (он загадочно ухмылялся и вообще всячески наслаждался ситуацией), в лакеи я выбрала не того демона. Совсем-совсем не того.
Но озарения озарениями, а идти на попятный уже как-то поздно, да и не признаваться же в собственной глупости – гордость не позволит.
– Бабуль, – прекрасно зная, как Марьяса не любит, когда ее при посторонних так называют, произнесла я, – эти чистокровки все равно относятся ко мне как к грязи на своих парадных ботинках, так не все ли равно, что в них буду видеть я?
Никогда прежде я так старательно не нарывалась на неприятности, как сейчас. Просто из чувства противоречия. Давненько внутри не рождалось настолько сильных протестов – против порядков, общества и в целом этого мира.
– Не все равно! – резко бросила Марьяса. Кончики ее волос аж заискрили от едва удерживаемых магических потоков…
Интересно, в этом доме хорошая защита от огня?.. Или нас все-таки запомнят надо-о-олго и далеко не лучшим образом?
В том, что во втором случае память будет совсем недоброй, я не сомневалась – хорошее о нас могут сказать лишь самые близкие друзья и то исключительно на поминках. Но что поделать, если род Лиршей всегда был своеобразной занозой в одном месте: саднить саднит, а руки коротки, недотягиваются.
– Мария! Подойди сюда! И извинись перед этим уважаемым господином!
Я с сомнением
