Все началось с того, что в один непрекрасный день меня выперли из института. И ладно бы я была действительно виновата — но ведь чистая случайность! Ну и что, что вместо обычного зелья от аллергии у меня приворотное получилось. Я же не специально! Но это еще что, дальше — хуже!
Авторы: Николаева Мария Сергеевна
нашего пребывания в подземельях), чем упустить подобный шанс.
— Хорошо, пусть будет так, — хмуро бросила верховная жрица, а потом вновь посмотрела на меня и произнесла: — Но у нас остался еще один непроясненный вопрос. Лиаль Фьюме Эллей.
— А что не так с моей дочерью? — напряженно уточнила я. Почему-то в том, что она не упустит возможность задеть побольнее, я не сомневалась.
— Пусть и частично, но она дочь нашего рода. А это значит, что по нашим законам она должна пройти обучение при храме. Минимум десять лет.
В первый миг я даже растерялась, так категорично звучали ее слова, и только пару мгновений спустя с надеждой посмотрела на своих однокурсников.
— Майсиль?
— Извини, Крис, но таковы правила. Тут я ничего поделать не могу, — ответил наш дровенок. И я сразу поняла, что тут дело труба. Если даже Май оказался не в состоянии…
— Какие есть варианты? — сухо поинтересовалась я. Странно, да? Я знаю эту малышку всего ничего, я даже не могу сказать, что привязана к ней, но как любой демон, приняв ее в семью — взяв под крыло, как говорят некоторые из нас, я никогда от нее не отступлюсь.
— Вы можете оставить девочку на обучение при храме…
— Нет, — категорически отмела я этот вариант, едва он прозвучал.
— Тогда есть лишь один выход: на время ее обучения вы также останетесь здесь. Других путей для вас нет. Подумайте об этом. Она всего лишь ребенок, чужой вам ребенок. Стоит ли из-за нее терять столько времени?
Я неопределенно дернула головой. Здесь и сейчас я не горела желанием делать выбор. Да и как его можно сделать, если на одной чаше окажется жизнь маленькой девочки, а на другой — то, что я искренне ценю и люблю уже многие годы.
— Мы вас не торопим. У вас есть еще две недели, — практически равнодушно произнесла она, но внутренне я была уверена, что она празднует победу. Пусть и в малом, но ей удалось настоять на своем.
Дни после тянулись медленно и как-то неохотно. Мы снова были предоставлены лишь сами себе. Пока правящая верхушка дроу готовила и согласовывала между собой более-менее приемлемый для обеих сторон документ, остальные предавались безделью и скуке.
И только мне было не по себе. Чем больше времени проходило, тем неувереннее я себя чувствовала. Отдавать темным Лиа я не хотела. На примере Мая я видела, кого они могут вырастить из особенного ребенка, и увиденное мне нравилось далеко не во всем. Если честно, меня поражал уже тот факт, что Майсиль справился со всем и умудрился сохранить крупицы собственного «я» под тем жестким прессингом, под которым находился все это время.
Но жертвовать собственной жизнью из-за девочки, которую и видела-то за все время с десяток раз?..
Да-да, как-то так получилось, что заботу о Лиа взяла на себя Сабриса, подключив к этому и Мадлен, в то время как я наряду с остальными членами нашего маленького отряда улаживала дела как национального, так и общемирового значения. В общем, ни о какой эмоциональной привязанности с моей стороны и речи быть не могло, лишь чувство долга и ответственность, которыми во все времена так славились демоны.
Правда, себе в оправдание могу сказать, что, вероятно, вскоре это изменится. Нет, я не обещаю тут же влюбиться в малышку, но я приложу все усилия, чтобы она никогда не чувствовала себя нелюбимой и одинокой. В конце концов, в нашей семье все всегда друг за друга горой стояли! И я не позволю горстке дроу разрушить веками складывавшиеся семейные устои дома Лиршей!
Хотя мне также не мешало бы вспомнить о взятой на себя ответственности и пообщаться с Лиа хоть немного. Возможно, если я себя пересилю сейчас, то вся неловкость и напряженность в итоге исчезнут.
Примерно с такими мыслями я и направилась в комнату Сабрисы. Дверь я открыла по давней привычке без предупреждения, да и чего стучать, когда точно знаешь, что находящиеся внутри особы на стук не реагируют в принципе. Впрочем, эта их особенность вполне объяснима — непосредственно рядом с ними все падает, рушится или разбивается вдребезги, а потому шумы, подобные этим, они научились сознательно отфильтровывать.
Вот и в этот раз в тот момент, когда я вошла, что-то с непередаваемым грохотом упало на пол.
— Осторожно! — В этом восклицании слились три голоса. Я невольно вздрогнула, решив, что это относилось ко мне, и только несколько мгновений спустя поняла, что это они так развлекались: призывали откуда-то посуду (очень надеюсь, что не из хранилища Арвишше — иначе герцог Нимар одной лишь воспитательной поркой не ограничится), подвешивали
