Фея Темной

И развернулась снова к двери.
— Не делай этого. — в последний раз воззвала Фэй к разуму сестры.
— Отстань.
Глотая горькие слёзы, закричала мысленно, зовя маму. Чувствуя себя предательницей, всё равно не переставала раз за разом кричать про себя. “ Мама, помоги! ”, пока наверху не хлопнула дверь спальни родителей. Растрепанная хозяка дома появилась на лестничной площадке.
— Что случилось? — начала было данна Нианон, но увидела Мелору на пороге открытой двери. — Куда ты собралась, Мел?
Потом появился отец. Как же он кричал! Как грозился высечь непослушную дочь. Фэй слушала это всё сжавшись так, словно именно её отчитывали. И пускай она всё равно считала себя правой, легче ей почему-то не становилось. А когда, наказанная комнатным арестом, мимо неё прошла сестра и процедила сквозь зубы: “ Я тебя ненавижу. ” девочке показалось, что хорошо уже никогда не будет…

— Наконец-то нам позволяют вернуться в Кастаду. Я уже откровенно ненавижу этот замок. — Мелора деловито складывала свои вещи в саквояж.
Фэй, которая свои уже давно собрала, сидела рядом на кровати в сестриной комнате и только и могла думать о том, что на званном ужине в доме Лэардо снова увидит князя Шэанарда. Они не виделись уже два года. И за это время она из угловатой девчонки превратилась в уже взрослую девушку. Теперь то он точно поймёт, что она его Пара.
— Что молчишь? Опять о своём рыжем князе мечтаешь? — понимающе усмехнулась сестра.
— С чего ты взяла? — с той ночи, пять лет назад, они так и не наладили прежних отношений. Нет нет, да и проскакивало что-такое между ними, какая-то недосказанность и застарелая обида. Сёстры нормально общались, проводили вместе много времени, но прежнего доверия больше не было.
— А то я не знаю. Наверное ждёшь не дождёшься ужина у Риссы, чтобы его увидеть.
Фэй не ответила. А вечером, одев лучшее из своих платьев, нежно-лавандового цвета, с красиво собранными в высокую причёску волосами, она действительно обмирала от волнения, когда они всей семьёй отправились порталом в дом Лэардо. Пока звучали вежливые приветствия, она краем глаза заметила, что объект её тайных девичьих грёз действительно пришёл. Его присутствие чувствовала всем сердцем, которое сейчас трепыхалось, как перепуганная пичуга.
— Дан Кираш, данна Нони, рад вас снова видеть. Надеюсь, вы задержитесь в столице? — его голос совсем рядом, её пылающие щёки и немного насмешливые глаза сестры. — Доэнни Мелора, доэнни Феисия, рад новой встрече. — князь поздоровался с ними и Фэй осмелилась поднять на него взгляд. И тут же утонула в безбрежной голубизне его глаз. Какой же он красивый.
— Здравствуйте, ваша светлость. — пролепетала девушка. Кажется, Мел тоже что-то сказала, но какое это имело значение, когда рядом стоял он? Её мечта. И смотрел на неё, словно видел впервые. Она заметила, как дрогнули его ноздри, как расширились зрачки и внутренне возликовала. Ну же! Пойми наконец, что нам суждено быть вместе.
В тот вечер он часто оказывался рядом. Иногда мельком прикасался, а она каждый раз чувствовала себя словно взлетит сейчас певчей птицей, заливаясь песней о том, как счастлива. Он заметил, он понял.
А на следующий день князь явился в их дом вместе с близнецами, чтобы пригласить их с Мелорой на прогулку по реке на яхте. И пока кузены увлечённо учили Мел рыбачить, он сел рядом, словно невзначай проведя рукой по спине.
— Могу я узнать, о чём ты думаешь, когда так мечтательно улыбаешься? — спросил тихо, склоняясь над ней. Довольно высокая, как для девушки, рядом с ним она чувствовала себя маленькой и хрупкой.
Зарделась опять и, досадуя на свою стеснительность, попыталась придумать правдоподобную ложь. Не признаваться же ему, что мечтает она лишь о нём.
— Ну я ведь художник. Здесь очень красиво. Вот и представляю, как положу это всё на полотно. — в доказательство своих слов, обвела взглядом живописный зелёный берег, склонившиися к воде деревья, пушистые облака на голубом, как его глаза небе.
— Художник? Как мило. А ещё некромант и эмпат. Ты невероятная девушка, Фэй. Скажи, а портреты ты пишешь?
Да. Твои. Много, много, много… Но в ответ она только смущённо кивнула.
— А мой напишешь? — он улыбался ей так обаятельно и нежно, что она таяла как сахар на воде.
— Если желаете, конечно, князь.
— Очень желаю. — хрипло шепнул мужчина, склонившись к её уху. — И для тебя я Шэн, маленькая Фэй.
Даже в свои семнадцать, она понимала, что именно чувствует. Сладкая истома зарождалась в её теле от его близости, и девушка пылала в этих новых для себя ощущениях пробуждающейся женственности.
— Какая же ты красивая,