Фея Темной

мимо проезжал и решил составить компанию жрице.
Краем уха он уловил насмешливое фырканье этой самой жрицы.
— Старейшина Михас, мы действительно очень голодны. Где мы можем заказать себе сытный завтрак?
— Зачем заказывать? Как можно? — возмутился старый кот. — Для меня честь пригласить вас в свой дом. Моя жена с радостью накроет стол для таких важных гостей.
Шэн хотел уже было отказаться. Но девчонка его опередила.
— С удовольствием принимаю ваше приглашение. Тем более мне очень нужно с вами побеседовать, уважаемый Михас.
Вот несносная, а! Всё то по её должно быть! Прищурив иронично глаза, князь последовал за девушкой, любуясь тем, как красиво смотрится её попка в чёрных обтягивающих штанах.
Дом старейшины встретил их теплом и уютом. Хозяйка, немолодая уже оборотница, увидев гостей взволнованно всплеснула руками и неловко поклонившись, принялась действительно хлопотать на кухне. Фэй, тем временем, решила не ждать и, и как только их провели в столовую, сразу же приступила к нужному ей разговору.
— Уважаемый Михас, у меня к вам просьба и поручение.
— Я весь внимание, темнейшая. — вежливо улыбнулся он. Видимо первый шок от визита столь важного гостя, как князь, да ещё в её обществе, уже прошёл. И теперь он преисполнился чувства собственного достоинства.
— Как я вам уже говорила утром, я очень спешу. А в замке остались останки, как самого лича, так и его жертв. Нужно их сжечь. Желательно сегодня. И ещё. Скорее всего, когда будете искать тела, наткнётесь на тайник. Ни в коем случае его нельзя трогать, если дорога жизнь. Там стоит очень сильная защита. И я тоже от себя добавила. Так и передайте всем. На обратном пути заеду и заберу то, что там хранится. Эти вещи принадлежат Храму Тёмной. — Фэй испытывающе посмотрела на хмурого старейшину.
— Конечно, ваше темнейшество. Всё сделаем, что нужно. И за тайник не беспокойтесь. Никто к нему не полезет.
Девушка удовлетворённо кивнула, чувствуя, что кот не врёт и действительно приложит все усилия, чтобы выполнить обещание.
— И ещё. — вмешался в разговор Шэанард — Я так понимаю эта нежить уже некоторое время охотилась в окрестностях замка. И наверное у его жертв остались семьи. Не знаю, почему вы не обратились за помощью раньше, но оставить без поддержки моих пострадавших подданных не могу. Пока что возьмите вот это. — он выложил на стол увесистый кошель. — А я отправлю письмо в Кастаду и дан Лэардо пришлёт своих подчинённых, чтобы разобраться, нужно ли ещё что-то.
Старейшина учтиво поблагодарил, а тем временем его жена внесла тарелки с едой и проголодавшаяся Фэй с удовольствием отвлеклась на еду. Шэанард последовал её примеру.
Как бы это ни было удивительно, выехали они действительно через час. Провизию им собрали горожане, всё, что нужно она сказала. Так что, задержек никаких больше не было и их кони резво побежали по хорошо укатанной и утоптанной дороге на север.
Шэанард поначалу молчал, думая о чём-то своём, и Фэй осторожно изучила ниточку, держащую на привязи лича, стараясь не спугнуть. Расстояние больше не менялось. Видимо он нашел себе укрытие на день. Потом проверила сестру. Ничего плохого не почувствовала и более менее успокоилась. Оставалась ещё одна проблема. Или не проблема. Тут уж как посмотреть.
Мерный бег лошадей позволял ей хорошо видеть своего спутника и Фэй, не таясь, воспользовалась этой возможностью. Шэанард тоже изменился за эти двенадцать лет, хотя и не разительно. Конечно же стал более зрелым, матёрым. Никаким маскам не спрятать проницательный острый взгляд этих глаз и ауру непререкаемой властности, окутывающую этого мужчину. Правитель и на развлекательной прогулке не перестаёт быть правителем.
— Нравлюсь? — на чувственных губах в обрамлении рыжей бороды появилась игривая улыбка. Хотя он и дальше продолжал смотреть на дорогу.
— Ничего так. — фыркнула Фэй. Знает, мерзавец, что хорош. Тут отрицать нечего.
То, что избавиться от него не получится, девушка уже поняла. Знать бы ещё, зачем это ему на самом деле. Неужели, действительно, желает загладить вину? В принципе, не самое абсурдное объяснение. А если допустить, что он действительно имеет месяц свободного времени и монарху просто стало интересно, то даже очень правдоподобное. Вот только настойчивость это плохо объясняет. В ходе своих размышлений она даже не заметила, что и дальше продолжала пристально пялиться на рыжего князя. И теперь он уже с любопытством смотрел в ответ.
— Мне очень льстит такой пристальный интерес, только хотелось бы знать, какие мысли бродят в твоей красивой голове, Феисия?
— Фэй.
— Что? — поднял он брови.
— Мало кто зовёт меня Феисия. Мне привычней Фэй. —