Фонарь под третий глаз

системой и подорванным здоровьем. Шеф буркнул что-то вроде: «Работнички хреновы», — но выходной все-таки разрешил.
Еле переставляя ноги, мы с Манькой дотащились до моей квартиры. У ее дверей нас ожидал сюрприз в виде Игната. Он сидел на корточках, прислонившись спиной к стене, и меланхолично курил. Маруська покраснела, вспомнила, наверное, «случайный» поцелуй в лифте. Она скороговоркой пробормотала:
— Я только переоденусь, — и быстренько шмыгнула к себе.
Игнат проводил ее насмешливым взглядом.
— Входи, — обреченно пригласила я милиционера. — Будь другом, сообрази чего-нибудь поесть, а я быстренько душ приму…
Игнат согласно кивнул и ушел хозяйничать на кухню. По счастью, наш район энергокризис миновал, поэтому и вода, и свет имелись в наличии. Стоя под веселенькими струями воды, я мысленно благодарила человека, придумавшего душ, потому что каждой клеточкой ощущала, как жизнь и силы постепенно ко мне возвращаются, а вместе с ними и возможность соображать. Я даже улыбнулась своему отражению в зеркале.
Наконец свежая и благоухающая, я появилась на кухне. Стараниями Игната на столе исходили паром толстенькие сардельки; помидоры с огурцами, нарезанные аккуратными кусочками, соединили свои жизни в салатнице; в центре стола стояла тарелка с тонкими, почти прозрачными кружками сырокопченой колбасы. При виде еды мой желудок болезненно сжался. Неудивительно, что на сей раз чувство голода взяло верх над любопытством. Я понимала, Игнат выполнил просьбу, и теперь личность убитого юноши перестанет быть для нас тайной, но кушать хотелось невыносимо! «В конце концов, — решила я, — никакая, даже самая важная, информация натощак не усвоится. Игнат никуда не денется, так что сперва утолим голод телесный, а уж потом — информационный».
Едва я, довольно урча, приступила к трапезе, в дверь позвонили. Конечно же, явилась Манька. Увидев подружку, я подавилась сарделькой и мучительно закашлялась.
— Никак «мисс Краса подъезда» явилась? — простонала я, утирая проступившие слезы.
За относительно небольшой промежуток времени подруга привела себя в порядок: нацепила парик с тугими кудряшками интенсивно-рыжего цвета, облачилась в свое «лучшее» платье, купленное на рынке по сходной цене (Манька утверждает, что это «настоящий Диор», но я не очень-то верю). Ярким пятном, причем в прямом смысле слова, во внешности подруги был макияж: его вечерний вариант. Вообще-то отсутствием вкуса Маруська не страдает. Думаю, этот маскарад она затеяла с какой-то определенной целью. Возможно, за вызывающим «прикидом» Маня хотела скрыть свой стыд за досадную случайность в темном лифте, а может, ей просто хотелось эпатировать Игната. Как бы там ни было, капитан пребывал в шоке: так и сидел на табуреточке, держа в руках вилку с остывающей сарделькой, и обалдело хлопал глазами.
Довольная произведенным эффектом, Манька растянула в улыбке густо накрашенные губы, уселась за стол и принялась поглощать ужин с невероятной быстротой. Мне это не понравилось — чего доброго, я останусь голодной! Пришлось приналечь на еду. Друг-милиционер внимательно наблюдал за нашим состязанием, изредка покрякивая. Он даже не пытался стать третьим участником, потому что быстро понял: его шансы поужинать сегодня равны нулю. «Кулинарный поединок» между мной и Маруськой продолжался совсем недолго. Вскоре все тарелки опустели. Игнат только покачал головой и торопливо доел сардельку, которую ему удалось зацепить еще в начале ужина.
— Цирк! Шапито, блин, — хохотнул капитан, когда мы с Манькой одновременно сыто икнули. — Вас с детства не кормили? Мань, а ты на карнавал в Бразилию сегодня отбываешь или завтра? Мне кажется, ты там будешь вне конкуренции.
— Спасибо, — зарделась подруга. — Только я сначала за тебя замуж выйду, а там можно и в Бразилию. Буду возить тебя из города в город в качестве музейного экспоната да их песеты, или что там у бразильцев, зашибать. А на афише крупными буквами напишу: «Кинг-Конг жив!» И твоя фотография во весь рост. Только непременно в форме — она уродует тебя до неузнаваемости.
Игнат нахмурился. Предчувствуя грозу, я поспешила перевести разговор на другую тему:
— Товарищ капитан, условия договора с моей стороны соблюдены. — Я таинственно подмигнула милиционеру так, чтобы Маруська не заметила. — А с вашей?
Вместо ответа капитан бросил на стол зелененькую бумажку, исписанную чьим-то корявым почерком. Пока я исследовала шифрограмму, Игнат, тщетно пытаясь скрыть усмешку, произнес:
— Парни в отделении анекдоты рассказывают о каких-то двух бомжихах. Мол, ковырялись в мусорном контейнере на месте преступления. Ребята сказали: девчонки вроде