Фонарь под третий глаз

дальше? Не-ет, я замуж не пойду, целее буду. А Манька-то, кажется, нашла себе постоянный источник адреналина. Вот уж воистину: когда господь хочет наказать, он исполняет наши желания. Ну, ну, надеюсь, до смертоубийства у молодоженов все-таки не дойдет.
Эпицентр семейного скандала традиционно находился на кухне. Маруська с Игнатом были настолько увлечены процессом, что мое появление осталось незамеченным. Несколько минут я слушала, не вмешиваясь, и вскоре причина ссоры стала ясна: Игнат принес на ужин батон «Докторской» колбасы, десяток пакетов с чипсами и три двухлитровые бутылки пива. В качестве подарка для любимой капитан выложил на стол плитку белого шоколада. Эта плитка стала той самой последней каплей в чаше Манькиного терпения: белый шоколад она терпеть не может.
— Я тебя убью! — привела решающий аргумент подруга, хватая в руки батон колбасы. Но потом, видно, прикинула, что с таким оружием угроза невыполнима, и пообещала: — Ну, хоть покалечу…
Игнат покосился на колбасу и, не желая себе такой печальной участи, проревел:
— Положь продукт на место!
Я решила, что пришло время вмешаться, в противном случае был риск остаться даже без такого незамысловатого ужина.
— Брек! — скомандовала я и ловким движением выхватила из рук подруги толстенький батон.
Колбаса пахла совершенно одуряюще. Есть захотелось еще сильнее.
— Маруська, уймись, — велела я, борясь с усилившимся слюноотделением. — Вареная колбаса с картофельными чипсами в качестве гарнира — не так уж плохо. Легкий диетический ужин. У меня в холодильнике есть банка кукурузы и кетчуп. Игнат, а тебе, как будущему счастливому супругу, следует знать несколько важных моментов. Во-первых, пиво портит фигуру, во-вторых, белый шоколад Манька терпеть не может, потому я сама его съем, в-третьих…
— Стоп, стоп, стоп, — поднял руки Игнат, — ты мне на бумажке все напиши, а я выучу это как «Отче наш», обещаю. А сейчас… давайте уже ужинать, а?
Манька, все еще клокоча, как потухший вулкан, принялась сноровисто распечатывать пакетики с чипсами, я резала колбасу, а Игнат ловко вскрыл банку с кукурузой и разлил пиво по бокалам. В общем и целом ужин прошел в теплой, дружественной обстановке. После первой бутыли пива Манька с Игнатом скрепили мирный договор затяжным поцелуем, к середине второй поклялись друг другу в вечной любви, а к началу третьей наш милиционер неожиданно спросил:
— Ну и как продвигается ваше расследование?
— Какое расследование? — поперхнувшись кукурузой, простонала я. В голове сразу вспыхнул красный фонарь тревоги: как много знает дотошный мент?
Игнат рассмеялся:
— Ты дурочку-то из себя не строй. Думаешь, я не сообразил, зачем вам понадобились данные убитого Корнилова? Опять ищете приключения на собственные задницы?
— Не выражайся! — слегка повысила голос Маруська. — Мы с Ярославой просто хотели удовлетворить нормальное женское любопытство.
— Ага. Вполне объяснимое желание. А в помойке вы тоже из любопытства отсиживались? Или у вас там была засада организована? Ах, да, простите убогого мента, запамятовал! Вы же колечко золотое искали…
Мент над нами явно издевался. Мне это не понравилось, я сурово свела брови к переносице, а Маруська шарахнула кулаком по столу:
— Не ерничай! Сказано — кольцо искали, значит, так оно и было. И вообще, не нарывайся на неприятности в моем лице.
— Не буду, — покорно согласился Игнат. — Более того, попытаюсь частично удовлетворить ваше неуемное любопытство.
Наше с Маруськой изумление было настолько велико, что примерно с минуту мы обе очумело моргали. Капитан делится служебной информацией! Это ж интереснее консерватории, ей-богу!
Первой очухалась подружка:
— Ух, е-мое! Это с чипсов тебя так плющит? Слушай, я торжественно клянусь: буду кормить тебя одними чипсами и «Докторской»!
— Еще пивом, — напомнил Игнат. Он поочередно смерил нас с Манькой пристальным взглядом и предупредил: — Только не думайте, что моя откровенность превратится в систему. Скорее наоборот. Я лишь хочу, чтобы вы поняли: убийство Корнилова — не просто убийство из-за долга в пятьдесят рублей. Тут дело очень серьезное, и такие простофили, как вы, запросто могут оказаться по соседству с Сергеем Владимировичем. Я имею в виду в морге.
— Не пугай. Пуганые уже, — буркнула я и призадумалась.
Игнат вовсе не склонен сгущать краски. Когда мы с Манькой затеваем какое-нибудь частное расследование, он, конечно, ругается, трясет кулаками, но, в общем-то, смотрит сквозь пальцы на наше невинное хобби. И если сейчас капитан говорит, что дело серьезное и опасное, значит, так оно и есть. Впрочем, это я давно