Виктор Ларсен — врач, потомок викингов, снайпер и умелый боец на мечах. Он прошел войну в Афганистане и обнаружил там магический предмет. С ним проходят невероятные происшествия, и он не понимает, зачем и кому это нужно. Шаг за шагом Виктор распутывает клубок событий, происходящих вокруг, и борется только за то, чтобы выжить, когда гибель кажется неминуемой. Виктор переселяется в Норвегию в надежде сделать свою жизнь более спокойной. Но настоящие приключения только начинаются. Повелитель мертвых псов, бредет по дороге, проложенной для него чужими людьми, и едва успевает отбиваться от чудовищ.
Авторы: Плеханов Андрей Вячеславович
от боли, и Вика выкинут из деревни навсегда. Хорош учитель…
На то, что Руди назвал Виктора инвалидом, Вик не обиделся нисколько. Пустяки это, право. Он уже привык, что в Норвегии, в отличие от СССР, у инвалидов особое отличие в правах — и парковочное место на стоянке для них выделено, и пандусы везде, где только могут понадобиться, и в автобусах специальная площадка опускается и терпеливо ждет погрузки, и коляски с парализованными катаются сами по себе во множестве, неся на себе немощных людей. Красивые такие коляски, тихие и удобные, снабженные электромоторами и пультами для управления.
Сам себя Ларсен инвалидом не считал нисколько. И хотя на глим он не рвался, а был выпихнут насильно, Вик не собирался трусить и давать слабину. Он и не такое в жизни видал. Единственное, что волновало его по-настоящему, — не нанести никому травму своими тяжеленными берцами. Отмывайся потом от позора и доказывай, что это было нечаянно, в пылу схватки…
Внезапно он заметил в толпе зрителей, перед самыми канатами, горбуна Эрвина, показывающего Виктору два больших пальца и скалящегося во все щербины между редкими зубами. Крысеныш наконец объявился. Вик ухмыльнулся, и ему вдруг стало намного легче. Эрви послал ему теплый дружеский импульс, и Вик понял, что хоть один человек в толпе болеет за него. Точно и именно.
Непонятно, по какому принципу строилась турнирная таблица состязаний — слишком разные были весовые категории, от детишек и подростков до слоноподобных хряков, подобных Мортену. Но, судя по всему, абсолютный победитель определялся только среди самых увесистых, мускулистых и мастеровитых, а худосочные юнцы довольствовались лишь победой над себе подобными — переход в тяжелую категорию предстоял им спустя многие годы. Фоссен по очереди вызывал по паре борцов по своему усмотрению, те поднимались с земли и начинали схватку.
Сперва боролись двое мальчишек лет восьми-девяти. Несмотря на малый их возраст, возились они отчаянно и публика снаружи неистовствовала. Оба — маленькие, беленькие, курносые. Казалось, что у того, кто меньше, нет шансов, однако именно он ловким приемом швырнул противника на землю, а сам остался на ногах. Побежденный смущенно поднялся — на нем не было ни царапины, а победитель еле дышал, весь в красных пятнах, из носа его текла кровь. Однако улыбался. Вполне вероятно, что противники жили на одной улице, в соседних домах, победитель был не раз бит, но вынашивал в себе тактику схватки целый год и вот наконец реализовал ее. Ему не вручили ни медали, ни диплома, Рудольф просто одобрительно шлепнул его по спине, и детки отправились за канаты, к своим родителям — зализывать раны.
Как позже увидел Вик, на этих состязаниях победителям не давали ни поясов, украшенных стальными зеркалами и фальшивыми самоцветами, ни дипломов, ни даже каких-либо бумажек со свидетельством о победе. Это было в древних традициях викингов — все события хранились только в головах свидетелей, воспроизводились в устной форме, и оспаривать их потом можно было до бесконечности.
Затем по турнирной схеме боролись несколько пар подростков, лет от тринадцати до шестнадцати. Парни были все как на подбор тощими, с длинными волосами, тонкими ручками-ножками, прыщавыми и неумелыми. Это зрелище настолько утомило Ларсена, что он добыл из рюкзака бейсболку, надвинул ее на нос, почти на подбородок, подложил под спину рюкзак, лег, сложил руки на груди и задремал.
Проснулся Вик от того, что кто-то теребил его за плечо. Виктор открыл глаза и увидел улыбку Йоуста — белозубую, окаймленную соломенно-светлыми усами и бородкой. Одного переднего зуба не хватало.
— Эй, русский, просыпайся! — негромко сказал парень. — Начинается основное. Могут и тебя позвать.
Первым делом Виктор нащупал языком шелкопряда — тот оказался на месте, тихо лежал себе за щекой, а ведь мог бы и в дыхательное горло скатиться во сне, душегуб адский. Потом Вик резко сел на месте и стащил бейсболку со лба. Рудольф стоял напротив. Он бросил напряженный, цепкий взгляд на Виктора, а потом отвернулся и показал пальцем на двоих других.
— Берни! Фламмен! На выход!
Берни был одним из норвежцев, крепко сбитым мужиком лет сорока. Фламмен — тем самым датчанином, растатуированным в красный и черный цвета. «Фламмен» явно было прозвищем, а не именем: это слово означает «пламя», что по-датски, что по-норвежски.
Борцы вышли в центр ринга. Начали не спеша, прицениваясь друг к другу: Берни делал ложные выпады, а Фламмен лениво уворачивался от них, отступая на три шага назад. Так продолжалось пару минут, и зрители уже начали свистеть. Вдруг Берни заревел как бык, бросился вперед и вцепился толстыми пальцами в шею противника, пытаясь повалить его на землю. Дальнейшее
