Виктор Ларсен — врач, потомок викингов, снайпер и умелый боец на мечах. Он прошел войну в Афганистане и обнаружил там магический предмет. С ним проходят невероятные происшествия, и он не понимает, зачем и кому это нужно. Шаг за шагом Виктор распутывает клубок событий, происходящих вокруг, и борется только за то, чтобы выжить, когда гибель кажется неминуемой. Виктор переселяется в Норвегию в надежде сделать свою жизнь более спокойной. Но настоящие приключения только начинаются. Повелитель мертвых псов, бредет по дороге, проложенной для него чужими людьми, и едва успевает отбиваться от чудовищ.
Авторы: Плеханов Андрей Вячеславович
Не успел и не сумел.
Это была война, которой не никто заметил никто. В морги Осло привезли двенадцать трупов. Всего дюжину. Воюй Лотар на территории России, трупов были бы сотни. Но сейчас он действовал в Норвегии и не мог позволить себе лишнего. С двенадцатого века, после окончания эпохи викингов, Норвегия была одной из самых тихих стран мира. Здесь не запирали дверей, не воровали и били друг другу морды реже, чем, к примеру, в соседней Германии. И почти не убивали. Пассионарный запал Норвегии истощился, весь ушел на заморские войны, на освоение Изеланда, ныне Исландии, Грюнланда, ныне Гренландии, и Винланда, ныне островов Северной Америки. Норвежцы, норманны, в эпоху викингов считавшие себя самыми сильными и яростными, солью скандинавских земель, по-хозяйски ступавшие по Англии и Ирландии, упали на колени и сдались на милость победителю, лишившись крови. Племена свеев, нынешних шведов, отрезали у норманнов половину владений и убили последних норвежских конунгов. Даны, нынешние датчане, отняли у норвежцев право не только на государство, но и на язык, навязав взамен язык датский, официальный букмол. Старый норвежский язык нынче именовался исландским. И до сих пор в Норвегии, стране с невероятно высоким показателем жизни, жило меньше пяти миллионов людей. У нынешних норманнов были нефть, газ и рыба — за счет этого они и существовали богато и безбедно. А желание убивать других как пропало сотни лет назад, так и не появилось вновь.
Десять человек, убитых в Осло за день, — неприятно, но приемлемо. Дюжина — многовато, но перетрется. Большего Лотар не мог позволить категорически. Интерпол, который охотился за ним не один десяток лет, вышел бы на его след. Эйзентрегер, конечно, ушел бы, но Четвертый рейх, и без того живущий нелегально, под полярным льдом, уныло и аскетично, понес бы ощутимые финансовые потери. Этого Лотар допустить не мог. Он был истинным патриотом своей империи, живущей втайне от мира, но в будущем неизбежно должной стать распорядителем всего и вся.
2002 год. Теперь Вик больше не назывался ни Виктором, ни Ларсеном. За четыре года ему пришлось сменить несколько паспортов. В настоящий момент он звался Томасом Стоккеландом и был полноценным гражданином Норвегии. Паспорт его был не фальшивым, а официально напечатанным в соответствующей типографии и снабженным всеми видами хитроумной защиты. Именно с этим паспортом Виктор затеял покупку своего дома.
Вик мог жить в Норвегии вполне свободно. Единственное, что было ему противопоказано, — попадаться на глаза Лотару Эйзентрегеру или кому-либо из его людей. Поэтому Виктор уехал настолько далеко на север от Осло, насколько это было возможно. Он отрастил длинные волосы, густую бороду и усы и покрасил их в темно-каштановый цвет. Он никогда не надевал предмет, выходя на улицу, и глаза его теперь были блекло-голубыми, одинакового цвета. Он сменил протез, купил себе новую ногу в Дании за огромные деньги и ни хромал ничуть. Надо сказать, что протез стоил потраченных крон, и большую часть времени Вик просто не помнил, что много лет назад у него где-то оторвало какую-то ступню. Он ходил, просто ходил. Бегать не рекомендовалось, однако временами Виктор-Томас бегал, и достаточно быстро, и ни разу протез не принес ему ни боли, ни даже мелких потертостей.
И все это время Виктор помнил, что шелкопряда нельзя отдавать никому. Что Вик — просто хранитель предмета, ничего не значащий в истории человечества. Он очень надеялся на это. Это оказалось вовсе не так — скорее, противоположностью. Но об этом позже.
Норвегия — особая страна, она поделена на зеленое и белое. На теплое зеленое лето, довольно короткое, и бесконечно длинную зиму.
Виктор Ларсен предпочитал зиму.
В короткое норвежское лето кемпинги, гостиницы и шале работают на разрыв. Норвегия, большей частью расположенная на высокогорьях, пересеченных самыми длинными в мире морскими заливами — фьордами, пользуется бешеной туристической популярностью. В длинную зиму кемпинги замирают. Их консервируют до следующей весны; зима не очень холодна, благодаря Гольфстриму. Однако количество осадков немалое. Норма — полметра снега за зимний месяц, а таких месяцев по крайней мере шесть.
После бойни, устроенной Эйзентрегером, Виктор сменил паспорт, имя и фамилию и стал охранником кемпингов в зимний сезон. Лишне говорить, что он ничего не делал и не придумывал сам. Его пасли откровенно и бережливо, и Вик нисколько не возражал. Он возлагал вину за смерть Катрин на себя — ее машину засекли, Катрин сфотографировали и занесли в расстрельный список. Господи, о чем он думал, когда любил ее до полного растворения в ту ночь? Если бы он пошел с ней в тот вечер, когда ее убили… Что было бы? Вполне вероятно, что отправили
