Виктор Ларсен — врач, потомок викингов, снайпер и умелый боец на мечах. Он прошел войну в Афганистане и обнаружил там магический предмет. С ним проходят невероятные происшествия, и он не понимает, зачем и кому это нужно. Шаг за шагом Виктор распутывает клубок событий, происходящих вокруг, и борется только за то, чтобы выжить, когда гибель кажется неминуемой. Виктор переселяется в Норвегию в надежде сделать свою жизнь более спокойной. Но настоящие приключения только начинаются. Повелитель мертвых псов, бредет по дороге, проложенной для него чужими людьми, и едва успевает отбиваться от чудовищ.
Авторы: Плеханов Андрей Вячеславович
— Ну, хотя бы это…
— Не сестра она Сауле. Они даже не знакомы. Знаешь, Витя, иди-ка ты в другую комнату и попробуй поспать. Не получится заснуть — хотя бы успокойся. А я поработаю над девочкой — по-моему, уже пора. На все твои вопросы дам только один ответ: работать буду с помощью предмета — ни к чему тебе знать, какого. К утру Элин будет живехонькой. А сейчас пошел вон, и не вздумай подходить ко мне со спины ночью — убью на месте. Иди спи, амбал чухонский. Эй, подожди!
— Чего еще?
— Дай мне бинтов.
— Каких?
— Стерильных, нестерильных. Эластических, бактерицидных. Давай все, что есть.
Через минуту Вик шарахнул на стол огромную коробку с бинтами — у него было еще пять таких коробок, но и этого хватило бы, чтоб забинтовать девушку в три ряда вместе с двуспальной кроватью. А потом молча повернулся и пошел страдать в спаленку.
* * *
Вик был уверен, что не заснет ни на секунду. Однако, как только рухнул на постель в соседней комнате, в одежде, без одеяла, — провалился в черноту. Раскрыл глаза только тогда, когда в окошко глянул свет. То есть, по околополярному поясу, часов в одиннадцать утра.
Он немедленно вскочил на ноги и потряс волнистой крашеной бородою, чтобы проснуться совсем. Ноги-руки побаливали — видать, славно порубился вчера, с полной выкладкой. Вышел из комнатенки и обнаружил Игната, сидящего за столом и флегматично прихлебывающего очередную кружку крепчайшего чифира. Девушка лежала на кровати с закрытыми глазами и все так же прерывисто дышала.
Дышала.
По предположению доктора Ларсена, она уже должна была умереть.
— Это тринадцатый сорт того, что ты изволишь называть чаем, — сообщил Нефедов. — Прежние низкие сорта кончились. Когда я доберусь до первого сорта, то, вероятно, поймаю неземной кайф. Хотя поменял бы весь твой гребаный чай на полбутылки водки. Нет! — Он вскинул указательный палец, сломанный и сросшийся как минимум в трех местах. — На бутылку солодового шотландского виски! Большую бутыль, налитую по самое горлышко! Вот это было бы действительно здорово!
— Все мои сорта чая хорошие, — напряженно сказал Вик. — Зачем мне покупать плохие? Просто они разные. Ты понимаешь это, долбанутый странник?
— Ты был в Китае?
— Как дела у девочки?
— Ты был в Китае? — повторил рыжебородый.
— Как у нее дела? — прошипел Торвик. — При чем тут чай?!
— Сразу видно, что ты не был в Китае, — заметил Игнат. — Садись, попей чайку. Он уже третьей заварки, но пока еще хорош.
— Как она?!
— Я не понимаю, кто здесь доктор с дипломом — ты или я? — Нефедов картинно развел руками. — Иди, потрогай ее пульс и определи, каков он, из двадцати четырех разновидностей пульса, различаемых Бянь Цао, морально устаревшим две тысячи лет назад. Дай ей подышать на зеркало. Вложи персты в раны ея. Сними ее с креста. Смени повязки, если они промокли, в конце концов. А мне дай хлебнуть чайку после бессонной ночи, если у тебя нет даже водки, бесчувственная ты скотина, животное бык. Ты дрых, а я работал. Иди, иди, двигай копытами, чухна белоглазая.
Игнат был по-прежнему непереносим, на него даже не было сил обижаться. Виктор очень хотел дать ему в морду, но сильно подозревал, что у Нефедова есть предмет, не позволяющий душевно сломать ему нос или хотя бы своротить скулу. Вряд ли у рыжебородого была только одна фигурка. Скорее всего, у него было несколько штук, подобранных со тщанием, не мешающих друг другу, а взаимодействующих между собой. Игнат был настоящим предметником, опытным и знающим многие нюансы серебристых артефактов. В своей жизни Вик встречал только одного подобного человека, и этой персоной был не кто иной, как Лотар Эйзентрегер. И это определенно навевало мрачные подозрения.
А Вик был новичком в мире предметов. Фоссен не успел доучить — его убил посланник Лотара. Нефедов определенно не набивался Виктору в учителя — вместо этого он притащил исландскую девушку в коме и обещал, что она научит Вика… Возможно… Если выживет… Если захочет… Как ни странно, это было замечательно. Потому что она точно не назвала бы Вика белоглазой чухной, потому что сама была таковой. Она была огромного роста, но Виктор был на голову выше ее, и они могли нормально обняться — она положила бы голову на его грудь, а он нежно прижал бы ее к себе. Все девушки, которые были у Виктора до сих пор, стоя могли прижаться своими прелестными макушками разве что к его груди. Он привык к этому, но ведь хотелось и чего-то другого, более высокого…
Виктор осторожно присел на край кровати и медленно потянул одеяло вниз. Элин была обмотана бинтами, как египетская мумия, — удивительно, как умудрялась дышать при этом. Кое-где на бинтах выступали пятна крови — темно-бурые, уже успевшие высохнуть. На левую сломанную
