уже достигли попки Мефар и по-хозяйски ее обхватили, прижав к себе.
Я залюбовался. Однако, в тот момент когда меня посетила мысль, что может пора к ним присоединиться, светлая собрала все деньги в мешочки и обернувшись увидела, что происходит у нее за спиной. Пару секунд она явно оценивала эстетику открывшегося ей вида, а потом, засунув два пальца в рот, пронзительно свистнула.
Суккуба и Мефар очнулись и разорвали поцелуй. Командующая с явным сожалением отпустила вызывающе облизывающуюся демоницу и произнесла:
— Было такое ощущение, словно меня терзала жестокая жажда, а потом — мне дали напиться холодной воды… Фу-у-ух!
Как оказалось дроу уже начали друг за дружкой, тихо переговариваясь, спускаться по лестнице.
— Что так и пойдем? — спросил я, указав на то, что все потянулись к выходу лишь натяну сапожки.
Мефар, сексуально наклонившись за обувью, вопросительно обернулась:
— Говоришь, босиком пойти? В принципе, ты прав — у Каритиль довольно чистенько. Мать из нее неплохая: все-таки какой опыт за плечами — родить и вырастить двадцать детей…
Мотаю головой:
— Нет-нет. Я имел ввиду — голыми.
— А-а-а… Ты об этом? Ну, сама Каритиль ходит «ню». Да и нужно сказать, что Изрин находится в таком климатическом поясе, что местные носили самый минимум одежды и до Легионов, а уж после того как Оеллир превратился в бордель — так и вообще. Сейчас же одежда используется лишь если ее применение необходимо: как защита от холода или дождя-снега. Ну и, естественно, как защита от оружия или магии. Может еще от чего. А так — зачем ее лишний раз засаливать? Она денег стоит. Понимаешь, моральный аспект применения одежды отпал вовсе после победы Легионов. Вообще слово «мораль» теперь стало чуть ли не ругательным. И если на севере одежда еще необходима, то здесь, на юге, она практически не играет этой роли. А уж в определенных городах, среди которых и Изрин, без нее можно спокойно обойтись… — Мефар натянула сапожки и вот так, всего лишь в обуви, спокойно стала спускаться по лестнице: — Идем, я покажу где помыться.
За ней стала торопливо спускаться суккуба, оставляя меня одного в комнате.
Я пожал плечами и, щелкнув пальцем по было снова вставшему фаллосу, стал быстро натянул свои сапоги. Кстати, нужно разжиться обновой: старые начали разваливаться, а трофейные были на мужскую широкую ногу и если под доспех еще неплохо шли, то вот так — явно смотрелись не очень.
Сбежав по лестнице, я выбежал наружу. Как оказалось, в помещении было действительно намного прохладнее. Тут же была высокая влажность и солнцепек. Похоже, сегодня было еще жарче чем вчера. Или это так жарит в городе?
Девушки уже скрылись за углом. Лишь Мефар, болезненно щурясь на ярком свету, поманила меня за собой.
Хозяйский дом был намного больше гостевого. Окна были высокими, но узкими. Совсем как в старых земных замках. Меблировка если и была богаче гостевого домика, то это не бросалось в глаза. Пол был каменный и выложен разноцветной мозаикой, собиравшейся в странные знаки и символы. Кроме всего прочего на стенах висело нечто вроде факелов, но сделанных из чего-то похожего на стекло.
Когда я, заинтересовавшись, остановился возле одного из этих предметов, Мефар произнесла:
— Магические светильники. Каритиль их сама заряжает. Она была намного одареннее меня в магии и именно из-за этого… — она скомкала окончание предложения и сказала уже другое: — В гостевом доме их нет по причине дороговизны: как обслуживания — так и в общем…
Пройдя по коридору дальше, я увидел в одной из раскрытых дверей большой стол, уставленный разной едой, возле которого крутилась хозяйка в домашнем фартуке на голое тело. Взглянув на меня, она неожиданно весело подмигнула и указала пальчиком двигаться дальше.
В доме была довольно широкая лестница, которая не только поднималась вверх, но и спускалась вниз. С нижнего этажа доносился плеск воды и веселый смех девушек:
— Ой! Холодная! — донесся до меня чей-то возглас.
Когда мы спустились вниз, то оказались в очень большом подземном помещении. Большую его часть занимал квадратный бассейн с прозрачной как слеза водой. Справа от бассейна стояла статуя, сделанная, предположительно, из черного оникса. Она изображала обнаженную эльфийку, державшую на плече кувшин, из которого в бассейн лилась мощная струя воды. Никаких окон на поверхность не было, поэтому помещение освещалось искусственным мягким голубоватым светом, который шел с дна бассейна и от четырех магических светильников.
По размерам бассейн имел в ширину и длину около двадцати метров. Откуда бралась и девалась вода было не видно.
Девушки уже плавали, смеясь и перебрасываясь шуточками.
