Кто мог предположить, что мой самый злейший враг, с которым я уже и не думал когда-нибудь встретиться вновь, но судьба распорядилась по-другому, окажется в непосредственной близости. И нам снова пришлось встретиться. И где? В академии магии. Вот только узнав кем был мой обидчик, я пришел в шок. И было от чего. Теперь думаю, что мне делать?
Авторы: Ольга Олие
целую корзину яблок, любимого лакомства Харфада, я подозвал его к себе. Он с радостью накинулся на угощение. А я поделился своими успехами в учебе. Создавалось впечатление, что единорог тоже рад, что так быстро всему учусь. Я поделился с ним планами по поводу того, чтобы и его брать с собой на мои уроки с владыкой, он с радостью закивал головой. Недаром мы всегда понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда.
Посидев около двух часов с единорогом, я почувствовал, что мои глаза просто слипаются. Была бы моя воля — прямо здесь бы свалился под деревом и в обнимку с Харфадом и уснул. Но… Пришлось заводить моего друга обратно в стойло, а самому тащиться в комнату. Кое-как доковыляв, я открыл дверь и тут же мои глаза распахнулись сами собой от шока.
На кровати лежали, переплетясь, два тела. Причем Санраар даже не озаботился тем, чтобы помочь мальчику, стонущему под ним, достигнуть разрядки. Тот бедный сам себе дрочил, умудряясь второй рукой обнимать принца и прижимать его к себе. О поцелуях я вообще молчу. Наш принц ни разу не поцеловал парнишку, вдалбливаясь в него и заботясь только о своем удовольствии. Вот же сволочь.
И тут я заметил, что мое покрасневшее лицо рассматривают с ехидной улыбкой.
— Что, нравится? Хочешь присоединиться?
— Не-а, я просто анализирую твою сволочную натуру, — не растерялся я, а тот очень удивился моим словам.
— И к какому выводу ты пришел? — не удержался принц.
— Что сейчас я иду в душ, ты кончаешь, даешь это же сделать парню под тобой, а потом и поговорим, — высказавшись, я ворвался в ванную, разделся и стал под холодный душ, пытаясь успокоиться.
Дав Санраару полчаса времени, я с удовольствием подставлял струям воды лицо и тело. Вымывшись, оделся и, понадеявшись на то, что они уже закончили, вышел из душа. На кровати сидел один принц и похабно улыбался.
— Чем это ты так долго занимался в душе? — с намеком на всякие непотребства, поинтересовался он.
— Мылся. А вот чем твоя голова забита, меня мало волнует, — в тон ему ответил я, а потом поинтересовался, — мальчик-то хоть кончил?
— Куда же он денется? — равнодушно пожал плечами принц.
— Вот объясни мне — как можно заниматься сексом с одним, разговаривая при этом с другим? — задал я волнующий меня вопрос, ведь я совсем по-другому представлял себе данную процедуру.
— А что тут такого? — удивился Санраар, — я удовлетворял свои физиологические потребности.
— Но ведь ты должен испытывать хоть какие-то эмоции к тому кого трахаешь? — продолжал я.
— Глупости. Мальчик попался довольно опытный, сумел хорошо меня возбудить, я сделал ему одолжение, трахнув его, в итоге удовольствие получили оба: он от секса со мной любимым, а я физическое удовлетворение. А что еще надо? — как-то странно глядя на меня, спросил принц.
— Не знаю, — честно признался я, — но я всегда считал, что секс это не просто механические движения, а хотя бы какое-нибудь проявление чувств, — а потом, вспомнив о чем хотел еще спросить, добавил, — а почему ты его ни разу не поцеловал?
— С ума сошел? — возмутился Санраар, — буду я еще всякую гадость в рот тащить и облизывать, неизвестно сколько членов побывало у него во рту, а я его целовать должен? Фу, — скривился тот, а я прифигел от такой трактовки.
— Ну ты и гад, — возмутился я, мне стало жаль парнишку, — ну и философия у тебя, а вдруг он никому не делал больше минет? Ты ведь не знаешь этого наверняка?
— Не знал бы не говорил, — отрезал принц, плотоядно поглядывая на меня.
— Ты что задумал, извращенец? — я стал бочком подвигаться к своей кровати.
— Пока ничего, — облизываясь, промурлыкал Санраар, — я же сказал, что ты не в моем вкусе и что ты сам приползешь ко мне и попросишь, чтобы я тебя трахнул. С тобой я мог бы позабавиться только потому, что ты девственник.
От такой наглости я чуть не задохнулся. Было желание прямо сейчас сотворить какую-нибудь гадость, но тогда он все поймет. Ну что ж, подождем до завтра. А уж завтра, на уроке, я устрою тебе показательное выступление. Легко ты не отделаешься. А вслух же я просто сказал:
— Мечтай-мечтай, только не захлебнись слюной, которую ты пускаешь на того, кто не в твоем вкусе. И от меня держись подальше, закапаешь, а мне не хочется от твоего слюноотделения отстирывать свои вещи.
— Ты обо мне волнуешься? — опять ехидство в голосе, — значит я тебе небезразличен.
— Вот же идиот, — пробурчал я, зарываясь в одеяло, — я о себе беспокоюсь, а не о тебе.
По привычке отвернувшись к стене, я стал проваливаться в сон.
Уважаемые, поставившие минусы, чем вам уже мой утенок-то не угодил?
