Кто мог предположить, что мой самый злейший враг, с которым я уже и не думал когда-нибудь встретиться вновь, но судьба распорядилась по-другому, окажется в непосредственной близости. И нам снова пришлось встретиться. И где? В академии магии. Вот только узнав кем был мой обидчик, я пришел в шок. И было от чего. Теперь думаю, что мне делать?
Авторы: Ольга Олие
сказать. Но кто сказал, что я БУДУ это слушать?
Только много позже я осознал свою ошибку. Я действительно слышал все его оправдания, но… Это были просто слова. Ни раскаяния в голосе, ни его интонации я не мог понять. Я не слышал убежденности в своей ошибке. НИЧЕГО. А на выражение лица старался даже не смотреть. Когда он что-нибудь говорил, я просто отворачивался, боясь сорваться и… поверить. Сердце хотело этого, а разум твердил, что предавший один раз, ни перед чем не остановится и предаст еще не раз.
Поэтому я только слушал, так как ничего другого просто не оставалось, потому что он постоянно крутился рядом. Да и сидели-то мы за одной партой. Вот только после занятий, стоило прозвенеть звонку, означавшему конец урока, я хватал все свои принадлежности и опрометью бежал к владыке на урок. Так как просто, элементарно боялся сорваться. Тем более, мне хотелось узнать, что я не так сделал. Почему я только слышу сквозь стену слова, но не слышу эмоций.
Потому что, слушать — это одно, а прислушиваться — совсем другое. Тогда я решил поинтересоваться у владыки, в чем я оказался не прав и почему все пошло не так. И его ответ меня почти не удивил.
— Твоя магия особенная, — начал объяснять Куршаан, — на первый взгляд она кажется простой, но… Даже магия желания требует тщательной концентрации. Ты пожелал стену — пожалуйста, но ты не подумал о том, какими функциями она будет обладать. Вот и результат. Ты просто слышишь то, ЧТО говорят, но не понимаешь КАК это произносится. А все потому, что ты, когда сооружал свою стену, руководствовался эмоциями, а не разумом. Вот тебе и результат.
— Я понимаю, — склонив голову, произнес я, — а исправить это как-нибудь можно?
— К сожалению нет, — был мне категоричный ответ, — это магия. А магия не терпит ошибок и не прощает их. Поэтому, получи и распишись.
Две недели я усиленно выматывал себя занятиями, чтобы отвлечься от мыслей о Санрааре. Владыка был рад моим успехам, у меня стало многое получаться. Повысилась концентрация. Я больше не отвлекался на посторонние мысли. На занятиях я тоже втянулся, разобрался и теперь объяснения магистров больше не были для меня темным лесом. Более того, у меня стало получаться изготавливать зелья. Правда без хитрости здесь не обошлось.
Пришлось применить свою магию, но результат стоил того: когда нам предложили изготовить омолаживающее зелье (иногда Академия выполняла такие заказы для народа, не наделенного магией), то я, добавив все нужные компоненты и зная свою криворукость в этом плане, просто пожелал, чтобы оно омолаживало лет на двадцать. Магистр, подойдя ко мне и удивившись цвету моего зелья (оно должно было получиться бордовым, это как раз соответствовало пяти годам омоложения, на большее нам пока нельзя было рассчитывать, но я, как всегда, все прослушал, и сделал этот эффект двадцатилетним), которое получилось нежно-зеленого цвета, отпил из моей колбы. И…
Все ахнули. Наш преподаватель помолодел. Причем хорошо так помолодел. Теперь перед нами стоял довольно привлекательный парень, который с огромными глазами и пораженно смотрел то на меня, то на зеркало, висевшее на стене, то на всех учеников.
— Это что? Это как? — смотря на меня открывал и закрывал рот наш магистр.
— А по-моему, вам очень идет, — состроив невинный взгляд, произнес я.
— Но как тебе это удалось? — поразился преподаватель, — ведь эти ингредиенты были рассчитаны на эффект омоложения максимум семь лет, а тут больше двадцати.
Мне оставалось только поразиться словам магистра.
— Хм, видимо опять чего-то перепутал, — пробурчал я себе под нос, но учитель услышал.
— Что ТЫ мог перепутать? Все компоненты выдавал Я, — почесал нос магистр, хотя сейчас, глядя на этого парня, язык не поворачивался назвать его магистром, — тут и перепутать-то ничего, в принципе, невозможно.
— У нашего Картана возможно все, — заулыбался Таргиаль, со смешинками в глазах смотря на меня.
— Это я уже понял, — вздохнул магистр и, взяв из шкафа какой-то пузырек, залпом выпил его.
А мы, затаив дыхание, ждали, что будет дальше. А дальше… ничего не произошло. Когда преподаватель в очередной раз глянул в зеркало, он обомлел. Подошел. Потрогал зеркало. Потрогал свое лицо. Провел рукой по зеркалу. Снова по лицу. Обернулся. С шоком в глазах, уставился на меня.
— С-с-сывор-р-ротка обр-р-ратного эффекта… она… не работает. П-п-почему? — бедный, он даже заикаться начал. А мне только и оставалось, что пожать плечами и потупить взгляд.
— Но вам так больше идет, — попытался успокоить его я. Но видимо, не вышло. Он, с поникшей головой, подошел к своему столу, сел. Задумался о чем-то. А потом, подскочив, подошел ко мне и со словами:
