Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
– Илюха, разворачивай!
Змей резко крутанул дугу руля, так, что изпод гусениц метёлочками сыпануло леденьё, и направился обратно, след в след. Шурики помалкивали, только Белый порой головой покачивал, словно до сих пор не мог прийти в себя от изумления. Купри мрачно сопел, а Сихали чувствовал, как леденеет у него нутро, как ровно бьётся сердце, – такого приступа холодной ярости он не испытывал уже давно.
Пронёсшись мимо подбитых, помалу остывавших «Драконов», краулер спустился ниже, перевалил морену и съехал по обледенелому скату, искрошенному гусеницами.
Заглохший танк обнаружился в начале расселины, меж двух отвесных ледяных стен цвета сочной синевы. Многотонная, опасная глыба металлопласта закупоривала весь проход – ни туда ни сюда.
– Илья, глянь, – сказал Сихали, спрыгивая на мёрзлый грунт.
ТугаринЗмей молча кивнул, грузно подбегая к моторному отделению «Дракона».
– Да там никого нет! – крикнул Рыжий, не поняв слова командира. – Я ж говорю – пересели «интеры», а мы сразу…
Верхний люк на громоздкой башне стоял открытым, от танка не веяло теплом, не доносилось и звука малого, как вдруг Тимофей ухватил краем глаза мелькнувшую тень. В следующее мгновение изза люка показалась рука с бластером. Раздался выстрел.
Рыжий вздрогнул, хватаясь за грудь, с изумлением накрывая ладонью дымящийся прожог.
– Вот оно как бывает… – пролепетал он.
– Шурка! – завопил Белый, бросаясь к другу.
ТугаринЗмей разлаписто полез на башню. Он буквально выдернул из люка хлипкого «интера» и швырнул его вниз. Грянувшись спиной о смёрзшиеся камни, тот взвизгнул и, поскуливая, пополз, как сидел, – отталкиваясь одной ногой, перебирая руками, таращась на Сихали, поднимавшего бласт.
– Неет! – заверещал «интер» на чистом русском языке. – Не надо! Мамаа!
Тимофей выстрелил в него, целясь туда же, куда попало Рыжему, – под сердце. «Международник» опрокинулся на спину, его руки разъехались, а голова перекатилась набок. Мёртв.
– Шуркаа! – ныл Белый, лихорадочно расстёгивая мягкий распах на комбинезоне Рыжего. Под ним всё пропиталось кровью.
– Глупо, правда? – просипел Ершов. – И так мало… Прям обидно…
– Шурка!..
– Умер, – глухо сказал Купри.
Белый застонал, зажмурился, ударил себя по колену кулаком. Сумрачный Илья подхватил податливое тело Рыжего под руки и буркнул:
– Хватайся.
Шурик, шмыгнув носом, взял друга за ноги и понёс до ближайшей расщелины. Вчетвером они завалили могилу колотым песчаником.
– Мы вернёмся за ним, – пообещал Сихали. – Змей, что с танком?
– Щас я…
Угрюмый Илья нырнул за толстую дверцу моторного отделения. Пять минут длилось ритмичное позвякивание, стуки и грюки, а потом глухо засвистели турбины, подняли вой, плавно переходящий в глухое, утробное клокотание.
ТугаринЗмей вылез наружу, обтирая руки тряпкой в синих разводах кусмазки, и буркнул:
– Залазьте.
Сихали, закинув лучемёт за спину, взобрался на чудовищный трак. Хватаясь за скобы, подтянулся до верха башни, нырнул в люк. Внутри «Дракон» не успел ещё остыть, да и всё вокруг было оклеено мягкими панелями, сохранявшими тепло.
Тимофей устроился на сиденье в командирской башенке, где был панорамный экран. Он гнал от себя все мысли, гнал жалость, гнал боль. Друга он уже потерял. Любимую женщину он утратить не должен. Ни за что в жизни.
Илья, пригибаясь под заряжающим устройством, прошёл на место инженераводителя. Купри, на пару с Белым, продолжавшим тяжко вздыхать, стали осваивать пост УАС.
– Жми, – обронил Сихали, и Харин стронул с места громадный танк.
«Дракон» задним ходом выбрался из узкой расселины, развернулся на месте и покатил, грузно качаясь на ухабах. Выехав на шоссе, Илья поставил танк на воздушную подушку – с громовым шипением «Дракон» вздыбился над полотном дороги и заскользил, разгоняясь, помчался, сдувая снег и камни, в сторону моря.
Глава 18
ОРБИТАЛЬНАЯ БАШНЯ
20 декабря, 16 часов 45 минут.
АЗО, Порт
Эймери.
Танк проносился понад ледником Эймери, не замечая застругов и трещин. Потом вернулся на шоссе. На перекрёстке, там, где от трассы отходила дорога к станции Дейвис, «Дракона» занесло на повороте. Илья сбавил обороты, танк чуть «присел», заколотил провисшими траками по снежным горкам, обретая сцепление, и вышел из заноса, помчался далее по восточному берегу залива Прюдс – Берегу Ингрид Кристенсен.
Сихали было муторно. Получив двойной удар
