Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
пахнущим горелой резиной, – шины были ещё тёплыми.
– Они не нас ищут, – сказал Гирин негромко, – они груз проверяют, чтобы, не дай бог, нам с «гуманитаркой» и боеприпасов не подкинули.
– Ну, ты меня успокоил, – хмыкнул Юта.
«Интеры» обошли кругом белый контейнер с красными крестами. Офицер жестом потребовал открыть дверцы. Внутри было пусто и чисто. Тогда «интер» дал «добро» – сотрудники «Красного Креста» чинно понесли ящики и тюки, затаривая контейнер.
Браун оглядел своих – в рабочих комбезах, максимально походивших на форму сотрудников «Красного Креста», фридомфайтеры не выделялись, вот только были не при делах…
– Срочно ищем себе занятие, – сказал он, – тогда нас точно не заметят!
Быстро прошагав под фюзеляжем, Тимофей вышел на свет. Приходилось вертеть головой, чтобы оценить истинные размеры громадного стратолёта. Квадратные сопла его двигателей распахивали полированное нутро наподобие ворот, острые кили торчали выше пятого этажа, а стойки шасси наводили ум скорее на аналогию с карьерными самосвалами, чем с летательным аппаратом.
– Шагаем деловито и целеустремлённо, – велел Браун.
– В ногу! – не утерпел Белый, добавилтаки своё веское слово.
Сихали вышел к вертолётным площадкам, где стояла громадная шестимоторная «Анатра» с эмблемами «Аустраль Линеас Аэрас». Чернявые «портеньос» выкатывали из распахнутых трюмов платформы на высоких колёсах, груженные посылками. Тимофей направился прямо туда. Высокий, небритый «портеньо», стриженный «под горшок», обрадовался подкреплению и залопотал, зачастил, затрещал на испанском, простирая руки в направлении почтового терминала.
– Си, сеньор, – покивал Браун, упираясь руками в шероховатые бока платформы.
Распределившись по двое, фридомфайтеры покатили почту, куда им велели. Теперь можно было не прятаться.
– Вижу, – сказал ТугаринЗмей, кивая в сторону стратолёта, чьи белые борта опоясывала оранжевая полоса. – «Трансвааль Эйруэйз».
В тени стратоплана толпились пассажиры – туристы, явно из неработающих. Ударно отдыхавшие «жруны», получив бесплатные путёвки от Фонда изобилия, спешили в Африку – поглазеть на тамошних слонов с жирафами. «Пролы» хохотали и громко переговаривались. Сихали всегда подозревал, что их весёлость наигранна. В самом деле, можно неделю резвиться на пляже, месяц отдыхать и наслаждаться «дольче ниенте» – сладким ничегонеделанием, но год, два, десять лет подряд… Это же так скучно!
Сдав платформы на высоких колёсах говорливым почтарям, фридомфайтеры вернулись к туристам, скидывая куртки, – солнце припекало.
– Выбираем одиночек, – негромко сказал Тимофей, – и складываем в тенёчек.
«Пролы» до того увлечённо слушали чёрного экскурсовода, бурной жестикуляцией подкреплявшего словесное описание саванны, что не заметили «потери бойцов».
Купри подбирался к «жруну» со спины и выпускал в него слабый заряд из станнера. Гирин с ТугаринымЗмеем подхватывали никнувшее тело и отводили – относили! – в тенёк, вовнутрь пустого пластмассового контейнера.
Сихали достался толстяк, разомлевший от станизлучения. Накинув на плечи его безразмерный пиджак из стереосинтетика, а заодно и талию обмотав рабочей курткой, изображавшей пузо, Тимофей глянул в социальную карточку «прола».
– Карлос Бака, – прочёл он вслух.
– Бяка, – задушенно издал глас Шурик.
– Щас восьмым ляжешь, – пригрозил Харин.
– Молчу, молчу…
Неспешно и раскованно, подражая расхлябанной походке «жрунов», фридомфайтеры вошли в тень стратолёта и смешались с толпой туристов.
– Проходим на посадку! – прощебетала стюардессамулаточка.
Сихали поднялся в салон, пыхтя, как и подобает Баке, и скромно притулился у иллюминатора. Поблизости расселись остальные «хайджекеры».
[162]
Шумные «пролы» переговаривались:
– Да не хотел я в эту дурацкую Африку переться… Жена уговорила.
– Ну, а то я зебры не видел!
– А что делатьто? Меня в этом году уже трижды из запоя выводили…
– Слыхал, что старый Луис придумал? Они с Педро вернулись на свой рудник!
– Здрасте! Так его ж закрыли!
– А они открыли! Третий месяц руду добывают – и сваливают в кучу.
– Зачем?!
– Говорят, хоть както при деле.
– Хм. Знаешь, а я их понимаю…
Тимофей послушал, поднял очи горе и закрыл их, решив подремать.
Ровно через час стратоплан сел в йоханнесбургском аэропорту «ГрандСентрал».
Глава 23
ОБИТЕЛЬ ЗЛА
22 декабря, 16 часов 45 минут.
