Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
Сихали, поглядывая через колпак вслед кашалоту.
– Генрук, – сказал Кермас, вытягивая шею, – а вон там… Видите? Под скалой? Это что?
Тимофей навёл бортовой прожектор «под скалу» и осветил ржавую ферму, обросшую лохматой порослью.
– Похоже на стрелу крана, – пригляделся Браун. – Да! Вон и трос выглядывает. Уронили лет сто назад…
– А не сто пятьдесят?
– Не похоже…
Селектор замигал и заговорил голосом Белого:
– Алё! Тут айсберг торчит, почти впритык к барьеру. Там щель метров пятьшесть, не больше. Протиснемся?
– Тискайся. Только, если «горушка» задумает опрокинуться, «Орочку» твою в блин раскатает. В блин с начинкой. С мясом.
– Прорвёмся!
– Змей, как у тебя?
– Нормалёк.
Сихали кивнул, как будто Илья его видел, и маленько добавил лодке ходу. Впереди, отсвечивая густосиним и фиолетовым, расплывался айсберг. Ледяная гора уходила вглубь, растворяясь в темноте, и оставляла неширокий проход между собственными обрывами и отвесом скалистого берега.
Субмарина осторожно заскользила в опасной теснине.
– А что? – спросил Кермас. – И вправду раздавить может?
– А ты думал! – хмыкнул Тимофей. – Хрусть! Чпок! И на дно…
Благополучно обогнув необъятный айсберг, «Орка» заскользила дальше, шаря в потёмках лучами прожекторов.
2 января, 9 часов 45 минут.
Десять часов длился глубокий поиск. Чего только не находили «субмаринмастера» на уступах подводных скал – и пустые бочки изпод солярки, похожие на цилиндрические кружева, и полные бочки нечистот из гальюнов, гусеницы и остовы вездеходов, якорь с цепью, хвостовое оперение самолёта «Ли2» и даже бутыль с глицерином, полную и совершенно целую. Но никаких признаков базы 211 не попадалось на глаза.
Экипажи субмарин не стали возвращаться на базу. Дабы не терять времени зря, океанцы с антарктами переночевали прямо на борту – было тепло, но жёстко. Встали часа в четыре, подкрепились горячим какао, глотнули спораминчику и – по местам посадочного расписания.
В десятом часу Сихали, позёвывая от скуки, вёл «Орку» вдоль бугристой береговой кручи, как вдруг заметил интересную особенность – метрах в десяти перед ним зияла тонкая вертикальная расселина, одинаково видимая, что в иллюминаторе, что на экране, а вот локатор упорно показывал глубокий проём.
Тимофей приблизил субмарину к самой скале и лишь тогда распознал оптический обман – пара гигантских утёсов перекрывала друг друга так, что создавалось впечатление ровной цельной стены, а на самом деле имелся зигзагообразный проход, в плане похожий на руну «зиг»… Неужто?..
– Чтото есть… – медленно проговорил Тимофей, боясь спугнуть удачу.
– Что? Что?! – сунулся к нему Помаутук, языком осторожно касаясь разбитой губы. – О, боже…
«Орка1» плавно вплыла во внешний «портал», огибая левый, ближний утёс и попадая в обширную полость, скрытую от постороннего взгляда. Вдали смутно отсвечивала дальняя скала, выступавшая справа.
– Сцилла и Харибда… – пробормотал Кермас.
Тимофей громко сказал в звукоприёмник:
– «Двойка»! «Трояк»! Спускайтесь…
– Погружение семьдесят пять метров, – откликнулся Харин.
– Нашёл?! – отозвался Шурик.
– Спускайся, сказал…
Субмарины, одна за другой, вплыли в переходную полость и стали огибать слоистую стену «Харибды».
– Не может быть, чтобы мы ошиблись… – пробормотал Кермас.
– Не может, не может! – еле выговорил пастор, то и дело облизывая губы. Руки его тряслись.
– Подлодка сюда войдёт свободно, – сказал Тимофей, – даже «Грендель» впишется.
– Слушайте, – спохватился Помаутук, – если мы открыли Вальхаллу, то не дело следовать туда в одиночку! Мы не знаем, кто нас там встретит и как. Надо вызвать подмогу! Пускай моих ребятишек пришлют, всё спокойнее будет…
Сихали кивнул согласно и склонился над селектором.
– «Орка1» вызывает базу, – сказал он.
– База слушает.
– Высылайте «Дипскаут» и группу Джунакуаата Помаутука.
– Вас понял.
– Пусть ориентируются по радиобакену, мы его сейчас сбросим!
– Понял. Высылаем.
Подлодка Брауна обогнула «Харибду» и оказалась перед зиянием огромного туннеля, стены которого были сложены из пластов и наплывов лавы. Нижняя часть открывшегося прохода, терявшаяся в лучах прожекторов, была завалена обломками и лавовыми «подушками», а верх сходился под острым углом, «домиком», рождая ассоциации с готическим собором. Правая стена выглядела так, будто её составили из громадных, неровных колонн разного размера, а на левой, ноздреватой, но болееменее
