Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
лужи. Громкоговоритель проревел на японском: «Палубу промыть, киберам перейти в режим ожидания!» Роботысателлиты послушно отшагнули к заляпанным стенам. Подбежал Джамил.
– Нам двое попались! – доложил он, возбужденный и напряженный. – Мы их сняли и связали. Внизу переработка, там, кроме киберов, никого и ничего.
– Порядок, – кивнул Станислас.
Со стороны слипа прошмыгнули Шурики.
– Все здесь? – спросил сегундо.
Китопасы закивали.
– Скольких сделали?
Китопасы показали на пальцах – в сумме получилось шестеро.
– Пострадавших нет? Я имею в виду, среди наших?
«Абордажная команда» дружно замотала головами – ответ отрицательный.
– Отлично. Двигаем наверх.
Наверху пролегала техпалуба, а еще выше стелилась обитаемая. Оттуда, от жилых блоков, накатывал многоголосый гул – голоса, смех, выкрики. По центральному трапу, широкому, как парковая лестница, спускалось человек десять, пестрящих драконами, тиграми и прочим геральдическим зверьем. И без оружия – видать, разгрузочная команда.
Браун достал трофейный «кольт» и отключил предохранитель.
– Этих пропускаем, – приказал сегундо и показал пальцами: двойка Джамила заходит с тыла, двойка Самоа – спереди.
Крайним в разгрузочной команде шел не японец, а австралиец – курчавый або в огромных полосатых трусах. Задрав голову, он накачивал себя пивом. С него и начали. Вальцев выстрелил и попал курчавому в шею. Або сложился и упал на палубу, обливаясь пеной и кровью.
Залп из бластов осветил коридор зловещей мерцающей синевой и заполнил коротким громом. Якудза сбились в толпу, падая, валясь как кегли под ударами шара, и лишь один коренастенький японец со шрамом на щеке и лбу увернулся и подлетел к сегундо.
– Кииа! – выкрикнул он на выдохе и ударил Боровица в прыжке, ногой метя в голову. Он был быстр, чертовски быстр, и его йокогери едва не достиг цели, но поручик в отставке еще не забыл армейские штудии – он ушел изпод удара, выставив блок. Коренастенький приземлился и снова развернулся, мгновенно и хлестко, демонстрируя классную технику карате. Однако субакс в исполнении Станисласа добавил очки команде китопасов.
Отбив кулаком бьющую руку якудзы, Боровиц нанес два удара подряд – пальцем в горло, тычком под нос – и звезданул «пяткой» ладони в грудь. Коренастый хэкнул и отлетел к стене, попадая под импульс. Готов.
И тут сверху, с мостика, ударил автомат, частя и сыпя рикошеты. Пули визжали, отскакивая от стен, продирали палубу, впивались в тела поверженных.
– Назад! – крикнул сегундо.
Китопасы отступили к миделю и укрылись за переборкой.
– Раненые есть? – спросил Стан, оглядываясь.
– Лёвку задело! – громко сказал ТугаринЗмей.
– Пустяки, – прокряхтел Вальцев, – царапнуло только…
Сихали прикинул, что на прорыв идти глупо, и бросился в боковой коридор. Отсюда выхода на мостик не было, но почему бы не попробовать окольные пути?
Застегнув ремешки на кобурах, младший смотритель вылез за борт, перецепился, подтянулся и бросил себя под леера палубой выше. Прячась за спасательной шлюпкой, он прокрался к трапу. Тутто они и залегли – двое гангстеров с автоматами, азартно высматривавшие супротивника на техпалубе. Сихали Браун подошел к ним сзади и негромко свистнул – в спину стрелять не хотелось. Якудза мгновенно перевернулись на спину, один из них вскочил разгибом вперед. Оба открыли огонь, но Тимофей метнулся в сторону и сделал два выстрела, так быстро, что пронзительные шипения слились в один выхлоп. Отшагнул влево и добавил по импульсу. Якудза почти одновременно осели.
Тимофей выдохнул и прислушался к себе: как там совесть, точит зубы? Совесть молчала.
Подобрав автоматы, он сбежал вниз и махнул выглядывавшему Боровицу:
– Чисто!
Короткие, злые очереди зататакали снизу, с причального узла. Потом ударила длинная очередь и оборвалась. Дуплетом рявкнули бласты. Долетел крик, перешедший во всплеск.
– Зачищаем мостик! – крикнул Станислас.
Грохнул выстрел, и к ногам Тимофея, обливаясь кровью, упал Тераи. Прямо на фальшборт вспрыгнул якудза – рот ощерен, глаза сомкнуты в щелочки, автомат пляшет в руках. Браун выстрелил с левой.
Импульс не давал отдачи и не отбрасывал тело при попадании – якудза, как стоял, так и упал. Ударился о планшир, беззвучно перекувыркнулся и полетел в воду, только ноги дернулись на фоне красна солнышка – эффектно, но неэстетично.
– Шурики! – подозвал Сихали. – Помогите Тераи. Я прикрою.
Рыжий и Белый сноровисто подхватили таитянина и оттащили в укрытие. Там уже сидел Джамил, баюкая простреленную руку. Ершов пал на колени и осторожно разрезал комбез
