Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
У кита Пейта Джо вокруг пасти – частая сетка шрамов, длинных белых царапин на черной блестящей коже. Это тоже кальмары постарались. А на левом боку китихи Пуффендуй позади плавника видна длинная выпуклость – это рыбамеч столкнулась с кашалотихой и оставила в ране обломленный «клинок».
– Эхой! – зазвучала рация. – Сихали! Мы здеся!
Тимофей на манер Хрики приподнялся над сиденьем и выглянул за колпак. В кабельтове от него белой стеной вставал молочный танкер «Амальтея». От его бортов змеились гофрированные шланги с круглыми присосками на концах. Тут же, выстроившись на дойку, висели в воде китихи, изредка почесываясь об обшивку танкера. Дояры в блестящих краснобелых гидрокостюмах плавали рядом, прилаживая присоски. На вымени кашалотихи, первой в очереди, доильный аппарат уже был закреплен, и дояры взобрались ей на спину – делать «макияж». Они гуляли по необъятной спине, электрощетками и лопаточками очищая кожу дойной самки от водорослей, морских желудей и «морских уточек». Китиха лежала в фазе неги и млела от удовольствия. Еще бы…
– Ты где, Вальцев?
– Туточки мы. Будь другом, отгоняй китят. Мешают, туши прожорливые!
Взволнованные запахом молока, китята – каждый поздоровее слона! – приставали к матерям: то с разгону врезались в бок, то заплывали китихам на спину и скатывались с их плавников.
Сихали подогнал субмарину к самому хулиганистому «ребенку» и носом (носом подлодки, разумеется!) стал отталкивать прочь. Китенок обиделся, боднул «Орку», за что получил удар током. Проняло.
– Так его, так его! – подбодрил Токаши. – Нашли «горки»!
Китята забеспокоились, выстроились в круг, как лепестки гигантской черной ромашки, – головы к центру, хвосты наружу. Младший смотритель включил кристаллозапись, голосом Хрики передав раздражение. Зашуганные детеныши кинулись к стаду. Шпана мелкая…
Дояры переговаривались:
– Врубай насос. Тераи!
– Качаем уже!
– Вальцев!
– Ась?
– У Винни молоко пропадает! Второй день пять гектолитров недодает.
– Ветеринарам показывали?
– Говорят – здорова, как корова!
– Да это она сыночка подкармливает. Лодырь просто реликтовый!
– Шурик! Не ты – Белый! Слышь? Не подпускай его к маманьке больше!
– Второй танк полон! Гоним к стаду.
– По местам! – скомандовал Боровиц. – Выходим через десять минут! Звено Арманто идет впереди, звено Тугарина – сзади, звенья Вальцева и Дженкинса – с левой и правой сторон. Мое контролирует глубину. Взялись!
Субмарины медленно разошлись, окружая стадо. Короткие, резкие сигналы с «Орки» Вуквуна возымели действие – старые самцы, огромные, иссинячерные, пошли спереди и сзади стада. Даже не пошли – помчались, но так, словно их понесло стремительным течением, а не они сами работали лопастями могучих хвостов.
За ручными стариками, ведущими стадо, пошли молодые самцы, китыподростки и китихи, кормящие детенышей, годовалых и двухлеток.
Величественное зрелище – перегон китового стада! Куда ни посмотришь – всюду прет живая армада, гигантские антрацитовочерные тела появляются из воды и снова ныряют, разводя пену. И везде, как в долине гейзеров, вырываются фонтаны и сеются мелкой водяной пылью. Классика!
Наутро Боровиц обнаружил, что украдены четыре лучших кита, в том числе двадцатитрехметровый гигант, прозванный Мокой за шоколадный оттенок шкуры.
След в океане оставить сложно – Тихий или Великий переменчив, даже глубинные слои, оцепенелые в вечном холоде и покое, пронизаны течениями. И все же напасть на след можно. Тут главное – взять правильное направление, ибо Тихий велик в обоих смыслах.
– Воры явились на трех субмаринах, как минимум, – рассудил Станислас. – А может, и на четырех… Ходовые киты обычно узлов семьвосемь выдают и ныряют неглубоко… Это я к тому, что далеко они не уйдут – на сотню миль, не более.
Рассуждая вслух, он настраивал биодетектор.
– У меня такое ощущение, – протянул Браун, – что это опять наш приятель Шорти балуется.
– Добалуется… Мало ты его отшлепал.
– Я сначала хотел даже «сабы» у них отнять, но передумал.
– И правильно сделал! Слишком большой перевес. Без риска в нашем деле никак, но зачем рисковать зря? Правильно? Шагом марш!
Они живо спустились на доковую палубу и заняли места в «Орке1» и «Орке2».
– Я с вами! – прогудел ТугаринЗмей, громыхая по трапу.
И занял место в «Орке3».
Субмарины, едва погрузились в воду, тут же набрали скорость и взяли курс на восток. Потом разошлись, и «Орка2», ведомая сегундо, описала большую дугу поперек выбранного курса.
– Есть! – гаркнул по селектору довольный голос Станисласа. – Детектор
