Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
загорая.
– Это кто тут по минусовой температуре соскучился? – раздался бодрый глас Боровица, и нарисовался сегундо.
– Мыы… – простонал Вуквун. – Душно тут у вас, в субтропиках…
Станислас хмыкнул, приседая на ступеньку трапа, и сказал:
– Могу вам обеспечить глубокий минус.
– В холодильнике?
– Ага. Короче. Наташке радиограмма пришла… знаете откуда? От Генерального Руководства проектом! Не халямбалям. Просят помочь коллегам из Антарктической Зоны Освоения. АЗО пятый годик всего, да и холодно там, так что переселенцы туда валом не валят. Спецов вечная нехватка, и… Короче, надо помочь вывести в море один айсберг. Обтесать, как надо, подшлифовать и вывести.
– Да хоть два! – фыркнул Рыжий. – Деловто…
– Водичкой, значит, антаркты приторговывают… – протянул Браун.
– Ну, не пингвинов же им экспортировать! – воскликнул Боровиц. – А «ледышки» у них нарасхват. Как присели мне на уши: пресная вода в цене растет, бизнес процветает, АЗО расширяет поставки… Нет, дело реально пошло. Вон, Австралазия заказала доставить партию айсбергов в пустыню РубэльХали. Арабы уже выстроили терминал по приемке, трубопроводы проложили – ждут. А вы представляете, что это такое – айстерминал? Акватория – четыре километра на три, и семьсот метров глубины! Я уж не говорю про всякие там оттаиватели, водоразборы, коллекторы… А тут и Афросоюз вылез с заказом – помогайте, мол, дохнем от безводья!
– Сахара? – спросил Браун, демонстрируя осведомленность.
– Нет, поближе – Калахари. Но тоже интересный проект – терминал решено строить на Берегу Скелетов, а талую воду по каналам будут спускать в озеро Этоша. В общемто, оно лишь в сезон дождей – озеро, хоть и воды там – по колено, а в остальное время Этоша больше соленое болото напоминает. А пойдет если вода в сухой сезон, то и саванна тамошняя зацветет и запахнет, и зверье стянется, и фермеры – тут как тут. Вот… А ледонавигаторы не справляются!
– Так нам надо будет отбуксировать айсберг? – уточнил Тимофей.
– Да куда там… На чём мы его потянем? На «Орках»? Задача другая – надо будет помочь ледоформаторам спустить айсберг или отколоть его от ледового поля и вытянуть за границу плавучих льдов. Там уже перецепите на атомоходы, и пусть те волокут айсберг до места. Вы, главное, выведите им парочку ледяных «горок», или одну, но побольше, и хватит. Тогда нам тыщ пять подбросят от щедрот Акулы Фогеля!
– Премию отхватим, – заметил Арманто, одним глазом заглядывая в пустую кружку.
– Задача ясна? – спросил Боровиц.
– Вполне, – кивнул Сихали. – А кого пошлешь?
– Ты самто как?
– Горячо поддерживаю и одобряю. Вот только… Ято в розыске, wanted and listed. Меня там Международная полиция не сцапает?
– Перебьются. С АЗО выдачи нет!
– Тогда я в игре.
– И нас! И мы тоже!
Руки подняли Вуквун, Змей и оба Шурика.
– Ну, раз такое дело… Арманто, будь другом, прогуляйся на камбуз, у меня там пакет… кое с чем.
– Это мы мигом, – повеселел Вуквун и прогулялся.
Дирижабль мчался со скоростью гоночной машины, но применительно к тысячам километров пути слово «мчался» надо было брать в кавычки. Скорее уж полз.
Полз, полз и приполз. Одолел океан и море Беллинсгаузена, перелетел Южный полюс и Советское плато, но за иллюминаторами каюты продолжала стлаться мощная облачность, скрывая полярные пейзажи. Только длинная тень дирижабля быстро скользила по облачному покрову.
Антарктида показалась вдруг, неожиданно – слоистые тучи разошлись, и в глаза ударила сияющая белизна снежного фирна. Проплыли понизу плоские вершины гор ПринсЧарлз и плавно гнущиеся морены – приглаженные россыпи камней и валунов цвета «какао» и «кофе с молоком». А потом за иллюминаторами выстелился ледник Ламберта, оконтуренный по краям разрывами и трещинами. Гдето лед лежал ровными пластами, гдето верхи ледника были разломаны, раздроблены, буквально перемолоты.
– Подлетаем! – скрипнуло в интеркоме.
– А то мы не заметили… – проворчал Браун, жадно вглядываясь в исполосованный «выводной ледник». – Так мы не на базу?
– Нет, – зевнул Арманто, – сразу в ПортЭймери, наши субмарины – там. Их еще вчера должны были перебросить.
– Аа…
Ожидание прибытия не затянулось – чистый белый лед оборвался, и в глаза полезла лоснящаяся, как спина кита, поверхность моря. Осенние шторма взломали припай и вынесли его в океан, лишь отдельные льдинки дрейфовали по черносиней воде. На льдинках возлежали тюлени. По берегу чернели фигурки пингвинов, а рядышком с галдящей колонией аделек поднимались на сваях оранжевые купола станции.
Дверь в каюту распахнулась, и внутрь заглянул ушастый штурман.
– Видимость –
