Это – будущее. Однако здесь все, как на Диком Западе. Только в океане. Побеждает тот, кто стреляет быстрее. И лучше. Еще здесь есть хорошие и плохие. Вернее, свои и чужие. Тимофей Браун – хороший. И стреляет он тоже хорошо. Метко. Кроме того он иногда успевает подумать, в кого стрелять и зачем. Поэтому он не просто хороший. Он – лучший.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
он встал и пошагал обратно.
Ему навстречу выбежал Рыжий.
– Ну, что? – выпалил он вопрос.
– Ушёл.
– Уррод! Всё равно мы им такой Сталинград устроили, что прямо… Я с Белым одного молчуна из пленных разговорил – они нам подставу готовили! Ты представляешь? Будто это мы «гору» угнали, а ледоводителей пилами разделали…
– Да ну… – недоверчиво нахмурился Браун. – Откуда они вообще могли знать, что нас сюда перебросят?
– От Генерального Руководства, от кого ж ещё! Наталье ведь оттуда радиограмму дали? Ну, вот…
– Фантазёр ты, Ершов. А зачем им это? К чему вообще все эти сложности – ты подумал? Подстава… Расчленёнка… Это не их стиль, Шура. Шорти Канн – примитивный уголовник, у него всё просто: пифпаф, ойойой. А здесь какаято глупая, ненужная замысловатость, как у доморощенного драматурга из провинциального театра.
– Да, но Шорти таки был здесь! – привёл Рыжий последний довод, совершенно несокрушимый.
– Был, – согласился Тимофей.
– А может, это он нам так отомстить решил? – измыслил Ершов новую версию.
– И подался через два океана, лелея коварные планы?
– Ну, тогда я не знаю! – надулся Рыжий.
– Думаешь, я знаю? Пошли…
Китопасы к их прибытию уже полностью зачистили В15А.
Ледонавигаторы тоже времени не теряли – пошерстив по жилым модулям, они хватали и волокли на суд и расправу выловленных пиратов, по дороге охаживая их увесистыми кулаками.
Киберы сносили мертвецов и аккуратно укладывали их в рядок. Пленных усадили рядом, задницей на лед.
– Раненые есть? – крикнул Арманто, надеясь на лучшее.
– Нема! – откликнулся Борис и несильно пнул ерзавшего на льду пленника. Тот злобно вытаращился, щеря зубы пособачьи.
– Ну, что? – гаркнул ледоводитель. – Хапнули? Коззлы! Фиг вам, а не айсберг!
И сложил здоровенную, тяжеловесную дулю.
Глава 13. Духи пучин
«Онекотан» на пару с «ТакоМару» перевалил северный тропик. Прибавилось тепла, и экипаж плавучих баз подставлял солнцу все большие площади тел. Даже запахи иными стали – веяло с моря какимито дурманами, ароматами дальних стран (а возникают запашки сии при заготовке копры и неправильном хранении скоропортящихся фруктов…). Киты тоже были довольны жизнью. Вволю наевшись кальмаров на искусственных пастбищах или с плавучих ферм, кашалоты переключались на развлечения – плыли по волнам, задрав хвосты, аки паруса, выпрыгивали из воды и рушились на бока, на животы или на спины, лишь бы брызги летели посильнее. А то затевали lobtailing – буквально втыкались в воду головами, так что над волнами одни хвосты торчали. Некоторое время киты пребывали в таком положении, покачивая лопастями, а затем со страшным ударом обрушивали хвосты на воду – и над океаном будто пушечный выстрел гремел. А уж когда целое семейство лупило по воде хвостами, создавалось полное впечатление солидной морской баталии.
Некоторые кашалоты обожали отдаваться на волю волн и, лежа на боку, помахивать над водой грудным плавником. Другие катались на волнах. Третьи весело вращались в воде, или плавали кругами, или устраивали «войну нервов» – мчались друг на друга, лоб в лоб, а в последний момент расходились. Короче говоря, резвились, как могли.
Браун уже полностью освоился с ситуацией. Он даже к запаху фонтанов привык. И вовсе они не зловонными оказались – запах от них шел скорее тонкий мускусный. Терпеть можно…
У Тимофея и свои любимцы появились. Например, мощный самец по кличке Чаби. Чаби был здоровенным кашалотом, он никому не давал спуску и в то же время был на диво терпелив. Сихали сам видел, как молодой самец, у которого гормонов было больше, чем мозгов, ударил Чаби в бок. Тот лишь посмотрел на юного идиота и ничего ему не сделал. А у того хватило ума отказаться от второй попытки…
Работа затягивала, отвлекала от посторонних мыслей, и схватка с гвардейцами, отлуп китокрадам, угон трисека, даже перехват айсберга – все это отошло на второй и третий план. Разговоров хватило на одиндва вечера, а потом яркость впечатлений потускнела. Даже воспоминания о Викторе все реже посещали Тимофея – океан омывал и лечил душу, как живая вода. Да он и был ею.
Шел одиннадцатый час утра. Сихали Браун натянул синий комбинезон, но мягкий распах расстегнул до пупа – жарко. Утром он не завтракал, а часы обеда придутся на дежурство, поэтому желудок посовещался с мозгом и вывел компромиссное решение – подкрепиться сейчас, как завещал ВинниПух.
Младший смотритель съехал на руках по перилам трапа на вторую палубу и прошел в столовую. Блок доставки готовых блюд предлагал пять вариантов комплексных обедов. Тимофей выбрал третий: борщик с хаарошим кусочком
