Гарри Поттер и Методы рационального мышления

Лицо Гарри Поттера засияло от гордости:
— Я делаю её необычной. Перед тобой результат усердной и кропотливой работы.
— Итак… — начала Гермиона и неловко замолчала.
— Итак, — продолжил Гарри Поттер, — какие области науки тебе знакомы? Я изучал высшую математику, немного разбираюсь в теории вероятностей Байеса и теории принятия решений, достаточно хорошо знаю когнитивистику. Я читал первый том лекций Фейнмана, «Принятие решений в неопределённости: Правила и предубеждения», «Язык в мысли и действии», «Психологию влияния», «Рациональный выбор в неопределённом мире», «Гёделя, Эшера, Баха», «Шаг в будущее»…
Взаимное исследование списка прочитанных книг продолжалось несколько минут, пока его не прервал робкий стук в дверь.
— Войдите, — голоса Гермионы и Гарри Поттера прозвучали в унисон. Дверь отворилась, открывая их взору Невилла Лонгботтома.
На этот раз он и впрямь плакал.
— Я пошёл к первому вагону и нашёл с-старосту, он с-сказал мне, что старосты не занимаются такой мелочью, как п-пропавшие жабы.
Лицо Мальчика-Который-Выжил изменилось. Его губы сжались в тонкую линию.
— И какие цвета он носил? Зелёный и серебряный? — мрачно и холодно спросил Гарри.
— Н-нет, у него был красно-золотой значок.
— Красный с золотом! — не удержалась Гермиона. — Но это цвета Гриффиндора!
Гарри Поттер издал звук, похожий на рассерженное шипение змеи, заставив её и Невилла вздрогнуть.
— Похоже, — Гарри цедил каждое слово, — поиск жабы, потерянной первокурсником, — недостаточно героическое действие для старосты Гриффиндора. Пошли, Невилл. На этот раз с тобой буду я. Может, Мальчику-Который-Выжил окажут больше внимания. Сначала мы поищем старосту, знающего подходящее заклинание. Если такого не найдётся, мы найдём старост, которые не побоятся запачкать руки. Если и это не удастся сделать, то я соберу своих поклонников, и мы вывернем поезд наизнанку.
Мальчик-Который-Выжил вскочил с места и схватил Невилла за руку. Гермиона внезапно осознала, что они одного роста (хотя часть её настаивала на том, что Гарри Поттер на один фут выше, а Невилл ниже, по меньшей мере, на шесть дюймов).
— Останься! — бросил он ей (нет, подождите — своему сундуку), вышел из купе и плотно закрыл за собой дверь.
Вероятно, Гермионе следовало пойти с ними, но на мгновение Гарри Поттер показался таким пугающим, что она была рада остаться.
В её голове всё так перемешалось, что даже «Хисторию Огвартса» она толком не понимала. Было ощущение, будто её переехал паровой каток и расплющил в блин. Она не знала, что думать, не понимала, что чувствовала и почему. Так что девочка просто села у окна и стала смотреть на проносившиеся мимо пейзажи.
Но, по крайней мере, она понимала причину лёгкой грусти внутри.
Возможно, Гриффиндор не так хорош, как она считала.

Нельзя быть абсолютно уверенным, что какое-нибудь маленькое событие не помешает осуществлению генерального плана.

— Аббот, Ханна!
Пауза.
— ПУФФЕНДУЙ!
— Боунс, Сьюзен!
Пауза.
— ПУФФЕНДУЙ!
— Бут, Терри!
Пауза.
— КОГТЕВРАН!
Гарри мельком глянул на своего нового товарища по факультету, только чтобы увидеть лицо, не более. Он всё ещё приходил в себя после встречи с привидениями. И самое печальное — у него понемногу получалось. Как-то слишком уж быстро. По идее, на это нужен был хотя бы день. А может быть, и вся жизнь. В идеале было бы не приходить в себя вовсе.
— Корнер, Майкл!
Длинная пауза.
— КОГТЕВРАН!
За кафедрой перед большим профессорским столом стояла профессор МакГонагалл. Она выглядела строгой и строго оглядывала зал, называя одно имя за другим, и улыбнулась только Гермионе и ещё нескольким ученикам. Позади неё в кресле с высокой спинкой, которое больше походило на золотой трон, сидел морщинистый старец в очках. Его седая борода казалась столь длинной, что наверняка почти касалась пола. Старик с благожелательным видом наблюдал за распределением. Он был практически воплощённым стереотипом “премудрого старца”, разве что без налёта восточной таинственности. (Впрочем, Гарри уже не торопился с выводами на основе стереотипной внешности, ведь, когда