Петуния вышла замуж не за Дурсля, а за университетского профессора, и Гарри попал в гораздо более благоприятную среду. У него были частные учителя, дискуссии с отцом, а главное — книги, сотни и тысячи научных и фантастических книг. В результате в 11 лет Гарри знаком с квантовой механикой, теорией вероятностей и другими полезными вещами. И главное — он очень рациональный, а это куда лучше, чем укус радиоактивного паука.
Авторы: Юдковский Элиезер
в нём было больше рассеянности, чем печали. — И даже сейчас я не понимаю чего-то важного. Например, предположим, некий человек с ножом споткнулся о ребёнка и зарезал сам себя. Мисс Фелторн, скажете ли вы, что этот ребёнок, — голос Снейпа стал низким, будто имитируя чей-то ещё более низкий голос, — НАДЕЛЁН МОГУЩЕСТВОМ ПОБЕДИТЬ его?
— Э-э… нет? — нерешительно ответила она.
— Тогда что же означает быть наделённым могуществом победить кого-то?
Рианна задумалась о загадке. (Уже не первый раз в жизни жалея, что она не выбрала Когтевран, и к чёрту родительское неодобрение. Но Распределяющая шляпа никогда не предлагала ей Гриффиндор)
— Ну… — мысли было нелегко облечь в слова. — Это значит, что у вас есть сила, но вы не обязаны её использовать. Это значит, что вы могли бы это сделать, если бы попытались…
— Выбор, — сказал профессор Зельеварения всё так же отстранённо, словно он вообще разговаривал не с ней. — Должен быть выбор. Вот что подразумевает эта загадка. И этот выбор не является предрешённым для выбирающего, ибо загадка не говорит «победит», но лишь «наделён могуществом победить». Как взрослый человек может отметить ребёнка, как равного себе?
— Что? — удивилась Рианна. Она совершенно не поняла эту фразу.
— Отметить ребёнка — просто. Любое сильное тёмное проклятие надолго оставляет шрам. Но это можно сделать с любым ребёнком. Какая отметка обозначит ребёнка, как равного?
Она выдала первое же, что пришло в голову:
— Если вы подписываете с кем-то контракт о помолвке, это означает, что однажды вы станете с ней равными, когда она вырастет и вы поженитесь.
— Это… Это наверняка не то, мисс Фелторн, но спасибо за попытку, — профессор потёр виски своими тонкими изящными пальцами, способными смешивать зелья с необычайно высокой точностью. — Столько намёков в таких хрупких словах — от этого можно сойти с ума. Силой, что неведома… это обязано быть чем-то большим, чем просто неизвестное заклинание. Не тем, что можно получить обычной учёбой и тренировками. Какой-то врождённый талант? Нельзя научиться быть метаморфомагом… и всё же это не похоже на силу, что неведома ему. Точно так же я не понимаю, как каждый из них может уничтожить другого, почти ничего не оставив. Я могу представить это в одном направлении, но не в обратном… — Снейп вздохнул. — И всё это не имеет никакого смысла для вас, мисс Фелторн, не так ли? Слова — ничто. Слова — это лишь тени. Её интонация — вот что несло смысл, и что я никогда не мог…
Голос профессора оборвался, а Рианна не сводила с него глаз.
— Пророчество? — чуть ли не пискнула она. — Вы слышали пророчество? — Она ходила на Прорицание пару месяцев. Потом отвращение пересилило, но она узнала достаточно, чтобы понимать принципы.
— Последняя попытка, — сказал Снейп. — Раньше я этого не пробовал. Мисс Фелторн, вслушайтесь в звук моего голоса, в то, как я говорю, не обращайте внимания на сами слова и скажите, что это могло бы означать. Вы можете это сделать? Хорошо, — она послушно кивнула, хоть и совсем не была уверена, что понимает, что от неё требуется.
Северус Снейп глубоко вдохнул и произнёс:
— ИБО НЕ МОГУТ ИХ НЕСХОЖИЕ ДУФЫ СУЩЕСТВОВАТЬ В ОДНОМ МИЛЕ.
Звучание слов вызвало озноб, и ещё хуже было знать, что эти замогильные слова имитировали настоящее пророчество. От испуга она выпалила первую же мысль, пришедшую в голову, которая, возможно, была навеяна личностью её собеседника:
— Эти два ингредиента не могут находиться в одном котле?
— Но почему, мисс Фелторн? В чём смысл подобного утверждения? Что тут говорится на самом деле?
— А… — она рискнула — Если эти два ингредиента смешать, они могут вспыхнуть и прожечь котёл?
Лицо Снейпа даже на самую малость не поменяло выражения.
— Очень может быть, — после жуткой тишины, которая, казалось, тянулась минуты, наконец нарушил молчание Снейп. — Это может объяснить слово «должно». Спасибо, мисс Фелторн. Вы мне снова очень помогли.
— Я… — прошептала она, — я была рада… — и слова застряли у неё в горле. По голосу профессора Зельеварения она поняла, что время Рианны Фелторн, которая помнит эти мгновенья, подходит к концу. — Я бы хотела помнить об этой встрече, профессор Снейп!
— Я бы хотел, — произнёс Северус Снейп так тихо, что она едва могла слышать его, — чтобы всё было иначе…
Профессор Зельеварения поднялся с дивана, ощущение его присутствия рядом пропало. Он повернулся, достал из мантии свою палочку и направил на неё.
— Подождите… — сказала она. — Перед тем как…
Почему-то было невероятно трудно сделать первый шаг от фантазии к реальности, от воображения к действию. Даже если этот шаг останется единственным, и никакого продолжения не
