Петуния вышла замуж не за Дурсля, а за университетского профессора, и Гарри попал в гораздо более благоприятную среду. У него были частные учителя, дискуссии с отцом, а главное — книги, сотни и тысячи научных и фантастических книг. В результате в 11 лет Гарри знаком с квантовой механикой, теорией вероятностей и другими полезными вещами. И главное — он очень рациональный, а это куда лучше, чем укус радиоактивного паука.
Авторы: Юдковский Элиезер
— голос Гарри дрогнул. — В чём был смысл всей этой войны?
Мозг мальчика непрерывно повторял: Зачем, зачем, зачем нужен был Лорд Волдеморт…
Профессор Квиррелл поднял бровь.
— Тебе ведь рассказали про Дэвида Монро?
— Да, во время Войны Волшебников вы были одновременно и Дэвидом Монро, и Лордом Волдемортом, эту часть я понял. Вы убили Дэвида Монро, приняли его облик и уничтожили всю его семью, чтобы вас не разоблачили…
— Верно.
— Вы планировали, что, какая бы сторона ни победила в Войне Волшебников, вы всё равно окажетесь у власти. Но почему одна из сторон должна была быть именно Волдемортом? В смысле, я хочу сказать, разве не легче добиться общественной поддержки кому-то, кто менее… менее Волдеморт?
Молоток в руках профессора Квиррелла с необычайно громким стуком превратил в труху крылья белой бабочки и очередной колокольчик.
— Вообще-то, я планировал, — едко произнёс профессор Защиты, — что Лорд Волдеморт проиграет Дэвиду Монро. Однако, я не учёл абсолютную убогость… — профессор Квиррелл остановился. — Нет, я расскажу по порядку. Слушай, мальчик, когда я изобрёл своё величайшее творение и достиг пика своего магического мастерства, я решил, что настало время взять политическую власть в свои руки. Я знал, что это не доставит мне удовольствия и мне придётся посвящать своё время делам, которые не назовёшь приятными. Но я знал, что маглы рано или поздно уничтожат мир, или начнут войну с волшебниками, или случится и то, и другое сразу, и с этим нужно что-то делать, если я не хочу бродить всю мою вечность по мёртвому или почти мёртвому миру. Я обрёл бессмертие, и мне нужна была новая цель, чтобы занять ближайшие десятилетия. Помешать маглам разрушить всё, казалось задачей подходящего масштаба и сложности. Впрочем, для смертных насекомых, возможно, и не имеет смысла заботиться о конце их мира. Зачем им утруждаться и терпеть какие-то неудобства на пути к могиле? Но я отвлёкся. Я видел, как Дамблдор победил Гриндевальда и получил власть, и решил, что сделаю то же самое. Давным-давно я отомстил Дэвиду Монро — мы учились в Слизерине на одном курсе и он раздражал меня — и мне пришла мысль также похитить его облик, уничтожить его семью и стать наследником его Дома. И, кроме этого, я задумал великого врага, с которым будет сражаться Дэвид Монро, самого ужасного Тёмного Лорда, которого можно вообразить, запредельно умного, гораздо более опасного, чем Гриндевальд, ибо его интеллект не допустит тех ошибок, которые привели Гриндевальда к краху. Этот Тёмный Лорд своей величайшей хитростью разрушал бы союзы, выступающие против него, своим ораторским искусством он бы снискал величайшую верность своих последователей. Он бы стал самым жутким Тёмным Лордом, который когда-либо угрожал Британии или миру. Вот кого должен был победить Дэвид Монро.
Раздалось ещё два стука — молоток профессора Квиррелла расплющил колокольчик и ещё какой-то бледный цветок.
— Однако, хотя мне уже доводилось играть роль Тёмного Волшебника во время моих странствий, прежде мне никогда не приходилось принимать личность полноценного Тёмного Лорда — с политической программой и всякими мелкими сошками на побегушках. Мне не хватало опыта, и я помнил историю Тёмной Вести — о том, каким провалом обернулось её первое появление на публике. Позже она заявляла, что планировала назвать себя Ходячей Катастрофой и Апостолом Тьмы, но от волнения представилась как Апостроф Тьмы. После этого ей пришлось сравнять с землёй две деревни, чтобы её начали воспринимать всерьёз.
— Поэтому вы решили сперва поставить небольшой эксперимент, — сказал Гарри. У него появилось тошнотворное чувство, потому что он уже понял, что было дальше. Перед ним было его отражение, следующий шаг оказался именно таким, какой сделал бы и сам Гарри, если бы у него полностью отсутствовало представление об этике, если бы он внутри был пуст. — Чтобы узнать, за какие нужно дёргать ниточки, и чтобы при этом ваши ошибки не помешали основному плану, вы создали личность, которую потом не жалко было бы выбросить.
— Правильно. Перед тем, как стать поистине ужасным Тёмным Лордом, с которым должен будет сражаться Дэвид Монро, я ради тренировки создал личность Тёмного Лорда со сверкающими красными глазами, бессмысленно жестокого к своим приспешникам, чья политическая программа состояла из неприкрытых личных амбиций смешанных с теорией чистоты крови в изложении пьяниц из Лютного переулка. Первых приспешников я набирал в тавернах, выдавал им плащи и маски-черепа и говорил, что теперь им следует представляться Пожирателями Смерти.
Тошнотворное чувство понимания усилилось.
— И вы назвали себя Волдемортом.
— Именно так, генерал Хаоса, — ухмыльнулся
