Гастарбайтер по вызову

В бюро по трудоустройству меня в очередной раз встретили равнодушные взгляды длинной очереди посетителей и засиженные мухами информационные стенды. Хмурая девушка — сотрудник, сидящая за стойкой, отделенной от зала толстым мутным стеклом, уткнулась в экран компьютера, в поисках возможной вакансии… а я внутренне уже готовился к очередному отказу.
Ну что поделаешь, не везет! Кризис в строительной отрасли. После того, как хозяин нашего последнего объекта — коттеджа в Наре, объявил, что его бизнес в упадке, а рассчитываться он будет кусками и долго, Рустам, (наш бригадир), плюнул на заповеди Аллаха и Уголовный Кодекс; за долги вывез с объекта две «Газели» утеплителя и сайдинга, и, смылся вместе с товаром. А мы — я, Леха — молдаван и трое узбеков остались сидеть на «незавершенке», все больше влезая в финансовую кабалу к продавщице местного киоска.
Ладно, она хоть женщина сердобольная оказалась: то макарон подкинет, то банку тушенки… Помогли ей картошку выкопать, так нам с собой целый мешок спроворила. Правда мелкой, как горох, но дареному коню, как говорится… Потом на объект приехали приставы. Долго совещались, мерили и писали, нам объявили, что хозяин — крупный мошенник и сейчас находится в СИЗО. Попросили освободить помещение, пригрозив скорым приездом миграционной службы, навесили на железные воротины замок… И все. Аллес. Можно хуже, да некуда.
Леха — парень не гордый, подался в примаки к нашему восьмипудовому картофельному благодетелю с красивым именем Алиса. Узбеки рассосались по друзьям и родственникам, коих в строящемся коттеджном поселке было пруд пруди, а я… Решил, что покорить Москву теперь уж точно не удастся, принял от молдавана буханку хлеба и пару жестянок перловки с мясом, которые он смог тайком вынести из под бдительного ока «таможни», обнялись на прощание, короче, отправился автостопом. Домой. На Урал. Благо, Рустам хоть паспорт оставил.
Обратный путь был долгим и тяжелым, даже вспоминать не хочется. А теперь, вновь оказавшись в своем родном маленьком городишке, я уже четыре месяца сижу безработным (редкие калымы не считаются), на шее у матери, выживая только за счет нищенского пособия, небольшого приусадебного хозяйства и урожая собранного осенью с огорода. Но маманя все равно радовалась, блудный сын, наконец, вернулся, и в хате вновь запахло мужиком (в смысле — табаком и бензином, поскольку я пытался починить доставшийся в наследство от покойного отца культиватор, скоро апрель, землю пахать дачникам, так им помогу, глядишь — денег дадут).
Диспетчер подняла голову.
— Извините, Сергей Валентинович, для вас пока вакансий нет. Приходите в следующем месяце! — хлопнула на бланке о получении пособия штамп и просунула документы в узкую щель под стеклом.
— Следующий!
«Вот тебе и три!», — подумалось, когда отходил от окошка. Работы в нашем ммм… поселке городского типа не найти. Люди держались за свои места руками, ногами и зубами. Что делать, наследие социализма. Раньше принадлежали Минобороны, решившему в конце девяностых резко поумнеть и избавиться от ненужных активов… Где теперь мне, здоровому сорокалетнему мужику, искать средства на пропитание? Да и дочке, Настюшке, помочь не мешало бы…
Неожиданно, кто-то тронул за рукав.
— Эй, уважаемый, — со знакомым акцентом обратились к моей скромной персоне.
Обернулся. Лицо кавказкой национальности улыбалось во все сорок четыре золотых зуба.
— Работу ищешь, да? Тут адному багатаму человеку памочь нада…
— Чем это, интересно? — настороженно спросил я.
— Да так, прывезти, увести, нычего сложного…
— Что ж тогда сам не идешь? Или тебе деньги не нужны?
— Как нэ нужны, зачэм?! У меня спина болыт, не могу…
— Так иди, лечи! На стоматолога, смотрю, денег хватило? — я резко развернулся и быстрым шагом отправился к выходу из конторы. Охранник на вахте посматривал на наш диалог с откровенным подозрением. Правильно! Плавали, знаем мы эти закидоны. Хорошая доза наркотика, и ты без паспорта, в рабстве у какого ни будь бека в ближнем захолустье. Выскочил на улицу, глотнул холодного мартовского воздуха, сощурившись, взглянул на солнце. Похоже, снега завтра не будет; плохо, так хоть дядя Боря, дворник из соседнего ЖЭКа, полтинник за помощь давал. Эх!!!
За рукав вновь потянули.
— Ну что еще, я ведь ру… — обернувшись,