Гастарбайтер по вызову

свой ужин, в другом месте перекусим. Взлет!!! — тот послушно сжал челюстями несчастное животное, и, сбегая с холма, резко затарабанил крыльями.
Опешивший от такой наглости волосатый, пригнул голову, что-то заорал, размахивая кулаком, в котором была зажата деньга. Мы его толком не слышали, набрали скорость и во всю мочь помчались в сторону леса. Надо же! Прокатило! Эх, досадно, что теперь в этой деревне мне показываться ну никак нельзя. Провинция-с.

***
Ночевали в лесу, у костра. В свертке оказался кусок копченого окорока, полкруга сыра, пучок раннего зеленого лука и каравай чёрствого серого хлеба. Посмотрел на пайку, подумал, перевел взгляд на дремлющего дракона.
— Слышь, крылатый? Похоже, тебя легче убить, чем прокормить. Вон, ряху какую наел! Ты вообще, как летать-то умудряешься?
— Темнота иномирная, — в голосе ящера слышалась снисходительность. — Драконы — это магические существа.
— И что? — я заинтересовался. — Ну-ка, с этого места поподробнее.
Змей Горыныч изобразил что-то похожее на куриное кудахтанье, очевидно, так он смеялся.
— Тогда слушай. Как бы тебе это объяснить… вот ты можешь чего-то так пожелать, что бы у тебя внутри все поднялось и появилось нестерпимое желание оторваться от земли?
— Ха! — перед мысленным взором тут же предстало декольте Лилиан. — Да легко! В нашем Мире это называется гормональный всплеск.
Белка взглянул на меня с некоторым удивлением.
— Да? Ну… в вашем Мире, наверное очень компетентные драконоведы, раз ты так осведомлен… а в нашем — после этого мне взлететь гораздо легче. Тело становится просто невесомым! Пара взмахов крыльями — и ты паришь, — дракон хотел, было продемонстрировать, но вовремя остановился. — Земля начинает тебя прямо-таки отталкивать. Хотя, — тут он вздохнул, — только до определенной высоты. А там — лишь воздушные потоки помогают. Тяжело становится.
— Что, дышать?
— Нет, удерживать тело и управлять полетом, — ящер опустил голову. — Такова уж природа всех драконов, но… хоть мы и Хозяева Неба, высоко стараемся не летать.
— Ага. Ну, в облаках холодно и сыро, так что немного потерял, можешь не переживать. И с полетом вроде все понятно, — по моим прикидкам выходило, что драконья магия чем-то сродни биологической антигравитации. Типа майского жука, который по всем законам аэродинамики летать не должен, а он, зараза такой, все законы нарушил! — А что на счет твоей кормежки?
Ящер плотоядно облизнулся.
— Ну, мое любимое блюдо — это хар-хаг из горного капрея. Это бык такой лохматый, — пояснил Белка. — Поднимаешь его на большую высоту, потом роняешь пару раз, что бы кости хорошенько перемололись и ткани пропитались кровью. Потом — отрываешь голову и через шею вытаскиваешь внутренности. Разводишь костер, часа три прокаливаешь некрупные камни, — птеродактиль увлекся, похоже, у голодного перепончатокрылого потекли слюнки. — Промываешь, забрасываешь туда потроха и раскаленные булыжники, заливаешь внутрь красное вино. И зашиваешь шею. Затем чуть-чуть закапываешь капрея, присыпаешь землей, разводишь над ним костер. Печься он должен долго. Зато потом… — дракон закатил глаза. — Шкура с волосами отлипает без труда, а под ним — истекающее соком, ароматное, шипящее розовое мясо! — крылатый шумно сглотнул, кадык на шее заходил туда — сюда.
— Да ты гурман, однако! — мне было любопытно, так что выслушал зеленого летуна не перебивая. — Но тебя что, каждый день этим печеным быком кормить?
— А? Нет… — ящер опустился с небес на землю. Тяжело вздохнул. И тут же вскинулся. — Во время длительных перелетов, таких этот, мне нужно съедать не менее четырех баранов, — заявил он.
— Харя не треснет? — осадил изголодавшегося дракона. — Я в округе лишь одного барана вижу, перед собой. По твоей милости в лесу ночуем… Так что посидишь на диете, тебе будет полезно.
— Да хватит меня попрекать уже, — Белка, насколько это было можно, скорчил виноватую рожу. — Зато потом, когда наступает отдых, еды нам нужно гораздо меньше, хватит и пятка куриц. Мы ведь спим много, тогда силы практически не тратятся, — объяснил мой Горыныч.
— Как удав, — хмыкнул я. — Кролика сожрал — и залег на неделю. Ладно. Без завтрака не помрешь? Завтра полетим другим путем. В Уркус. А там и проводника до Ван — Милло поищем. Раз ты без навигатора… — тут в голову проскочила умная мысль:
— Слушай, спать все равно не хочется. Ты расскажи еще, куда, собственно, я попал? Что за страна? Какие тут порядки, обычаи, кто у власти рулит? Или у вас демократия?
Белка изогнул шею, наклонил голову, задумчиво почесал своей руколапой чешуйчатый подбородок. Затем принялся излагать:
— Мы сейчас в королевстве Бербилон. Оно не самое