Гастарбайтер по вызову

— Кхм… — только и успел произнести я, едва не столкнувшись с кинувшимся навстречу забавным бородатым карапузом. Его вид — бочкообразная грудь, короткая шея, нос — картошка, маленькие глазки, спрятанные в глубине черепа — показался мне смутно знакомым. И… роскошная байкерская борода?
— Сергей Валентинович! Дорогой! Наконец-то! Я вас так искал, так искал, — не давая времени опомнится, усадил в шикарное кожаное кресло, всучил в руку бокал с напитком изумительного цвета, и запахом известного насекомого… это с точки зрения пессимистов… через секунду протягивал толстую сигару и лез чокаться.
Ошалев от напора я не придумал, ничего умнее, чем поддержать его сугубо генеральский тост:
— Ну, за встречу!
Отпил. Оценил. Понравилось. Даже кабинет в стиле позднего барокко. Ладно, борзеть не будем, поинтересуемся, хотя бы из вежливости.
— Простите, но я вас не припомню…
— Валентиныч! Ты че, как не родной! Набережные Челны, три года назад, мы тогда еще кладку завалили! — бородач уже разлил по второй.
Е — мое! Вот так встреча!
— Юс! Ты! Ты зачем бороду отрастил, дурилка! — сразу вспомнился мой каменщик, когда строили башню для нового русского Прохора Громова, который вдруг решил воплотить в жизнь не сбывшуюся мечту своего тезки из «Угрюм-реки».
— Это раньше — Юс! — важно поглаживая бороду, ответил бывший подносилка кирпичей. — А теперь — Юлий Семенович Трорим, генеральный рекруитмэн агентства! — подмигнул, мы опять чокнулись, в голове слегка зашумело. Да, коньяк не ниже «X.Q».
— Кто? — я, мягко говоря, слегка недоумевал.
— Охотник за лучшими специалистами, хедхантер, если по-русски, — коротышка сделал большой глоток, допивая свою порцию.
— И что такому важному человеку от меня потребовалось? — глядя, как он разливает по третьей и достает из ящика стола дорогущую салями, поинтересовался я.
— Серега! Мы ведь что? Своих не бросаем? Дураков не берем, — отпил, хитро прищурился. — Короче, я недавно Рустама встретил, от него узнал, что ты без монет уехал из стольного града, так сразу сюда… Есть халтурка приличная, как раз по твоей части, — откусил от неочищенной колбасы изрядный кусок, не утруждая себя поисками ножа, протянул мне. Пришлось последовать примеру хозяина, тем более, с утра — не жрамши. — Правда, ехать далеко, и контракт на пару лет. Зато, половина — авансом. А это такие деньжищи! Мать в квартиру перевезешь, на сиделку хватит…
— Да не поедет у меня маманя никуда, из своего — то собственного дома… Они ж с отцом его вдвоем строили, как он из армии вернулся, прожили пятьдесят лет… Даже… нет, не думай!
— Ну и все равно! Матери докторов хороших привезешь, из города, медсестру, а по хозяйству — мусульманина какого пристроишь, их сейчас здесь много. Ты подумай, мать у тебя старушенция крепкая…
— Нашел старушенцию! А в глаз?
— Извини, за базар отвечу, — пошел на попятную бородач, разливая по четвертой бульке. — И вообще, Валентиныч, че я тебя уговариваю? А ну, пошли в коридор!
В просторном фойе шмыгал народ, но девушки — секси нигде не оказалось. Подошли к платежному терминалу. Юс достал из кармана обернутую конвертом карточку и всунул ее в банкомат. Набрал пин — код, всучил бумажку мне.
— Во! Это твое. Сколько хочешь, столько снимай.
Обалдев, в который раз за день, я уставился на монитор. Мама дорогая! Да таких денег мне за всю жизнь не заработать!
Нажал «сброс» и вытащил привалившее счастье. Ну, змей — искуситель…
Вошли обратно в кабинет.
— Что я должен сделать? Арабского шейха завалить? Так это не по моей части.
Юс радостно завертелся на кресле.
— И не угадал! — едва не закричал он. — Не завалить, а строить! У тебя же в дипломе всего две четверки, помню, как ты хвастался. По истории партии и теории логистики. Правда, тогда ты это по другому называл… Зато все остальные — тройки?
— Не важно, — буркнул я, самостоятельно разливая очередную порцию. — Куда ехать-то?
— Вот, деловой разговор, — коротыш сразу стал серьезным. — Поедешь в командировку. Секретную! Правительственную. Ну, в смысле, имеющую отношение туда, — Юс указал пальцем в потолок. — Куда — сказать не могу, но — добираться просто. Тебе работодатель все расскажет. Тока тсс… Никому ни слова! Даже мамане. И документ о неразглашении сейчас подпишешь…
Я немного помолчал, соображая, где тут подвох. На первый взгляд не видно…
— Ладно, уболтал, чертяка языкатый, — допил коньяк и поставил бокал кверху дном, обозначая, что на сегодня — достаточно. Главное — не пить последние семь стаканов… — Домой хоть съездить можно? А то мама надумает себе всяких страстей…
— Да без проблем. Лилька тебя увезет, привезет…