Гастарбайтер по вызову

— Большой общий рынок, по его краям — лавки самых успешных купцов. Конечно, мелких торговцев здесь полно, но лучшие — только там. Три молельни, для орков и гоблинов так же свои небольшие храмы имеются. О! Школа есть! А из развлечений — на площади иногда менестрели и циркачи, да публичные дома с показом срамных танцев, вот и все. И живут здесь мастера, их работники, купцы средней руки, шахтеры и прочие трудяги из Провала… люд не богатый, но и не бедный, — Варбун зашел в очередной проулок. Блин, без него обратно дорогу не найду, хорошо, эльфа взяли, проводник, все таки.
— Приозерье, Лэн — Гэлнерин, место закрытое. И делать тебе там нечего. Если решишь на Озеро сходить, то обязательно с Алоэниэлем! Один не вздумай. Там изгнанные эльфы живут, поймают — ноги вывернут пятками вперед и выбросят, я видел. Правда, их не очень много… но для города хватает. Иногда, ночами так поют… выспаться невозможно, — искоса взглянул на бачелора. — Надеюсь, твой исцелившийся друг не имеет такой привычки?
— Пока не замечал, — пытался не отстать от орка и не вляпаться в очередную лужу.
— Хорошо, — начальник серьезно кивнул. — Ну и Заречье. Туда тебе так же ход заказан. Весь преступный мир обитает именно там. Воры, выходящие на промысел в Широкий Квартал и Нижний Город, убийцы, насильники… И сброд всякий, типа пьяниц — работяг из Пропасти. Сергей! Хочешь жить — туда не ходи! Там хоть и тюрьма, и гарнизон стражи, но когда они нужны — их никогда нет. Ты меня понял?
— Д-да.
— Не слышу?
— Да! Понял! В Заречье — ни ногой!
— Отлично. Сейчас эту канаву обойдем — и мы почти на месте.
До стройки идти оказалось и вправду недалеко, в общей сложности, минут пятнадцать, в сторону Песьего квартала. В горах темнеет быстро, поэтому, прыгая в сумерках вокруг очередной сточной ямы, я не сразу понял, что за каменная преграда стоит на нашем пути? Тянулась она метров на двести в каждую сторону.
— Тесаный бут, на стены приготовили, — Варбун похлопал по камням рукой. — Пошли дальше, — через несколько метров нырнул в проход, не замеченный мной ранее.
Пройдя еще десяток шагов, мы вышли на изрытую траншеями площадку, гектар, эдак, в сорок. Аккуратно уложенный стройматериал возвышался со всех четырех сторон.
— Вот и наша будущая цитадель, — кивнул прораб в сторону перекопанного танкового полигона. — В середине — круглый донжон, двадцать восемь ярдов в ширину, сорок в высоту. Вокруг него, на удалении в двадцать ярдов, крестом располагаются четыре жилых башни, восемнадцать шириной, тридцать высотой. Еще дальше, вокруг них — шестиугольная стена, три в ширину, пятнадцать высоту, укрепленная четырьмя боевыми башнями, двумя надвратными башнями с подъемным мостом, башней мага и гарнизонным казематом. Снаружи — ров и несколько бастионов. Ну и внутри, по мелочи: конюшня, кузница, храмовая базилика, лазарет, пекарня, приютные казармы… вроде все, — бедуин оглушительно чихнул, в подтверждение своих слов.
— Будь здоров. Как погляжу, тут работы — лопатой не провернешь, — зябко повел плечами, к вечеру сильно похолодало. — Подъемный кран где ставить решили? Растворный узел? Водопровод и водосток? Строительные леса из чего сколачивать?
— Много вопросов задаешь, — проворчал додель — мастер. — И не по адресу. Завтра в магистрате спроси, они там на каждом гвозде экономят… а на тебе — нет! Глядишь, чего и выбить из них сможешь. А то вчера пришли, на кладку посмотрели, сказали — шире не надо, проекту соответствует и ладно! Подмахнули акт, дали зарплату и два дня отдыха в честь сдачи нулевого цикла главных башен… Тьфу! Давай на фундаменты сходим, посмотрим, не нравится мне та кладка…
Пришлось идти и соответствовать…
Так началась моя профессиональная деятельность.

***
— Алой! Ты фингал хорошо замазал? Ведь не абы куда, тебе на работу сегодня устраиваться. А он цветет у тебя всеми оттенками василиска! В смысле — василька… Встречают-то, все равно: по роже, да по одеже, — я слегка нервничал, бреясь у колодца подаренным орком здоровенным кинжалом — бебутом.
Начинался ясный теплый весенний денек, погода отличная, под стать настроению. Стаська заливалась громким лаем, по прежнему не признавая во мне хозяина, наглый Белка, высунулся в форточку, (в смысле — завешанное тряпкой окно сарая), открыл свою хлеборезку, широко зевнул… Видимо, хотел пожелать мне доброго утра. Но, увидев Алоэ, забыл.
Эльф вышел из дома на улицу.
— Как тебе?
Обернулся, посмотрел на бачелора… Вот, что значит трезвый образ жизни! Всего четвертый день не пьет, а какой прогресс! Спички в глаза можно не вставлять, отеки сошли, молодость стала возвращаться… синяк тщательно замаскирован слоем пудры, вчера жалованной