Гастарбайтер по вызову

в Ван-Милло и вправду редкость.
Закупил целую сумку продуктов. Жаль, что холодильников здесь нет, так бы побольше затарился, но что делать… даже до ледника еще руки не дошли. Потратив восемьдесят серебряных, я остался доволен: готовить самим и покупать на рынке оказалось, в конечном итоге, дешевле. Немного подумал, похлопал Белку по довольной морде, чтобы не скучал, и, отправился в оружейный ряд, давно мной запримеченный за лотками жестянщиков.
Да… Мужику посмотреть на изящные железяки, приспособленные для убийства — все равно, что на красивую девушку: и глазам приятно, и потрогать хочется… Правда, лучше этого не делать, вдруг порежешься… Или по физиономии схлопочешь… Остановился у лавки, где пожилой седой гном торговал мечами. Ну а у кого же средства для убийства покупать?
— Чего хотел? — сварливо осведомился коротыш в феске лимонно-черного цвета, первый из всех, мною виденных, не походивший на Юса. Потому как обладал внешностью почтенного горбоносого кавказского аксакала с шикарной бородой чуть не до пояса.
— Тут вопрос есть… Короче, кореш мой, он эльф — бачелор, рыцарь, то есть. Но — в прошлом. Хотел ему подгон сделать, в смысле — меч подарить. Может, чего присоветуйте?
Продавец подозрительно меня рассматривал, шевеля густыми бровями.
— Эльф — рыцарь, говоришь? Высокий?
— Ну, вот такой… примерно, — показал рукой.
Гном хмыкнул. Полез под стол… вытащил здоровенную штуковину, больше похожую на лом с ручкой, который зачем-то вогнали в деревянный футляр. Если это — меч — то я — принцесса Монако. Почему-то я представлял эльфийское оружие несколько иначе, ну, как вон те, что ли? Да, мечи висевшие за спиной лавочника точно эльфийские! Смертоносно — изящные, с изукрашенными рукоятями, широким долом, инкрустированным узорами клинком…
— Клейдхим-мор, — благоговейно произнес бородач непонятные слова и слегка потянул за рукоять, обнажая клинок ромбовидной формы. Действительно, лом, толщина лезвия у гарды была около четырех сантиметров. Как блондин такой хреновиной махать-то будет?
— Это меч? — все еще думая, что меня разыгрывают, спросил я.
— Глухой? Я же сказал, это — клейдхим-мор! И вообще, молодой человек! У вас деньги есть?
— А сколько надо? — ответил я, вопросом на вопрос, оправившись от удивления.
— Его вес в серебре.
— Не понял…
— Парень, ты с гор спустился?
— Нет, я из другой реальности.
— Ясно… — гном вздохнул, потом, вдруг встрепенулся: — Подожди! Из какой?!
— Земля.
— Земля!? Гея? Так у меня ж там внук!
Ничего себе. Говорят, мир тесен, а гномам, оказывается и в двух мирах места мало! Вот, блин, как таджики. В любом уголке планеты родственника найдут.
— Уж не Юлий Семенович Трорим?
— Так ты его знаешь!? О, Подземные Боги! — старик выскочил из-за прилавка и кинулся ко мне на шею. Учитывая, что для этого ему пришлось подпрыгнуть, а весил он вполне прилично, от неожиданности я упал на задницу. Образовалась куча мала. Закончив обниматься, дед Юса, внук которого был на него совсем не похож, помог мне встать на ноги и принялся отряхивать от пыли.
— Ну, как он там, мой шалопай!? — с дрожью в голосе поинтересовался гном — аксакал.
— Солидный че… гном, на хорошей должности, главный специалист Уральского отделения крупного агентства.
— Рассказывай, прошу, не томи!
Короче, дедок отвязался только спустя четверть часа, взяв с меня слово, что после захода солнца я приду в его дом, с целью повторить весь рассказ для многочисленных родственников. Он пришлет провожатых, чтобы не плутать и не было никаких недоразумений в гномьем квартале, накормит, напоит, и обратно проводит. Подарок Алоэ, весивший в ножнах килограмма четыре, обошелся мне в пять золотых монет. Как утверждал продавец — практически по себестоимости. Но я решил, что гном задабривает, делая своего рода презент, за мое выступление перед его родней.
Вернулся к дремавшему на весеннем солнышке Белке, растормошил, привесил бачелоров подарок на торбу, и, двинул до хаты.
Два квартала шествовали важно и чинно, совсем по Некрасову, моя крылатая лошадка послушно плелась сзади, груженая провиантом и кухонной утварью.
Неприятности привалили, когда до дома было уже рукой подать, появившись передо мной в лице двух орков, недавно бросивших заниматься тяжелой атлетикой и потому слегка обрюзгших.
— Слышь, мужик! Тебе кто разрешал без пошлины по нашей улице ходить?
Гоп — стоп, конкретный! Они что, ящера у меня за спиной не видят?
Раздалось тяжелое «Буммм…»! Я обернулся. Белка, забавно дрыгая задней ногой, лежал на боку и, похоже, спал. Бл… чем я думал, когда в телохранители