Гастарбайтер по вызову

Ближе, ближе, ближе… пора!
Мой дракон резко ударил хвостом, нанося боковой удар… и свалился в глубокое пике, потеряв аэродинамический фокус и получив из-за этого «летный подхват». Я повернул голову, щуря слезящиеся от ветра глаза. Блин! Опять мимо! В четвертый раз! Наша цель — метровых размеров «китайский воздушный фонарик», после нескольких неудачных попыток все же мной сконструированный, нагло болтался в несущем его воздушном потоке.
— Давай по новой, мазила, — раздасованный неудачей птеродактиль, выйдя из пике на новую «горку» уже и сам все видел и, закладывал очередной боевой разворот. Ну, крылатый, не подведи!
Мишень приближается… вот уже совсем рядом… я до белых пальцев вцепляюсь в переднюю луку седла и покрепче втыкаю ступни в недавно присобаченные к драконьей упряжи стремена. Еще немножко… Удар! Вижу, как разорванный бумажный мешок закрутился и начал падать вниз, в зеркало воды Темного Озера. Йес! Попал, шершавый, хоть и опять вниз провалился. Ладно. Сегодня обошлось без штопора, толк из летуна будет. Теперь тренировку можно считать законченной, можно и в город возвращаться, тем более, Клиарса на завтрак обещала что-то вкусненькое…
Вообще, после нашего возвращения из турне Лореглейф — Наугри-Лэн — Уркус прошло уже две недели. Особенного ничего за эти дни не случилось, так что расскажу все по порядку.
Едва мы прилетели в Ван-Милло, как Алоэ договорился с Варбуном, что берет отпуск без содержания «по семейным обстоятельствам». Тот без всяких возражений отписал подорожную. «Махлот начался», — объяснил мне бедуин, как только эльф вместе с Белкой, согласившимся за дополнительную плату в виде пяти золотых свозить бачелора сначала «туда», а потом — «обратно» (с моего разрешения, но столковывались они сами) закрыл за собой калитку. В ответ на просьбу пояснить с этого места чуть подробнее, ответил: «Да праздник у них. Дни Великой Богини. Имей они при своем долгожительстве плодовитость кролика, ну, или хотя бы невысокликов, то заполонили бы весь Мир. Соберутся, песней споют, девок по кустам растащат и начнут маленьких эльфят делать. А через десять лет посмотрят, что из этого получилось. Вдруг кто родится? Вот тогда еще один повод. Да сам скоро поймешь»!
И действительно, в эту же ночь поспать толком мне не удалось. Со стороны Лэн-Гэлнерин по всему городу разносилось эльфийское пение. Кто сказал, что оно красивое и мелодичное? Дайте вруну в глаз! Их вокал — ахроматичная помесь хип-хопа и оперного речитатива, помноженное на вопли мартовского кота с аккомпанементом скользящего по стеклу куска пенопласта. В десять вечера мне еще было интересно. В одиннадцать — стало раздражать. В двенадцать — надоело окончательно. В час — хотелось постучать шваброй по несуществующей батарее, а еще лучше — голове певуна. В два — убить. В три — расчленить с особой жестокостью. В четыре я заткнул уши кусками ваты, найденной в дежурной аптечке, захваченной из дома, после чего с наслаждением отошел ко сну. Теперь я понимал вопрос мастера Варбуна о вокальных способностях бачелора. Если Алоэ начнет петь в нашем доме, то я лично приведу в исполнение несостоявшийся приговор военного трибунала! Слава Богу, вчерашней ночью концерт закончился, похоже, что праздники подошли к концу, теперь хоть выспимся. А то у нас график сейчас плотный.
Каждое утро мы с Белкой отправляемся в сторону Пропасти заниматься стрельбой из арбалета и фигурами пилотажа. Ящер на эти упражнения конкретно «присел», а после серьезного с ним разговора я понял причину. Точнее — движущий им стимул. Тут дело даже не в драконицах… В общем, по местным понятиям, мой дракон считался недомерком. В императорскую армию его не взяли, «не вышел ростом». Там нужны здоровые и выносливые транспортники, способные нести на спине десяток воинов вместе с их амуницией. Так что дорога в «Драконий Королевский полк» оказалась ему заказана. Деятельность на поприще Стража Гнезда регламентировалась уже сформированными патрулями и заставами, куда бедного крылатого юношу не брали по причине «укомплектованности». Думаю, опасались его неожиданной встречи со стаей виверн, занимавших с драконами практически одну и ту же экологическую нишу, которые из молодого Блугейрфенусиуса могли запросто сотворить кусок драной чешуи с остатками ушей, но ни как не Хозяина Неба. В философии, математике, теоретической магии и прочих дисциплинах, где драконы издревле считались лучшими (и хорошо оплачиваемыми) специалистами, мой птеродактиль так же не преуспел, ибо проходил обучение не в столичном учебном заведении, а у старых маразматиков, живших на периферии. Вот и пришлось бедняге заняться самым непрестижным, по меркам Гнезда, заработком — воздушным извозом. Естественно,