Гастарбайтер по вызову

изгоя из рода Ушастой Совы. И второй: что за ночное колдовство вы устроили подле стойбища Черных Лис? Советую говорить правду, с драконом и нечестивцем шанх Каджаром мы уже беседовали. Ну, а вздумаешь упираться и молчать, сиятельный шата-тегин с удовольствием проверит на тебе остроту своего нового пыточного ножа. Давненько над Степью не раздавались крики умирающих хуманов! — усмешка у трухлявого пня оказалась нехорошей, словно предвкушающей.
В голове тут же пронесся поток мыслей. Блях, что им можно говорить, а что — нет? Как-то не рассчитывали, ни я, ни бедуин, угодить в плен, давать признательные показания… Так. Похоже, орк влип, по самые помидоры. Хана ему. Или можно как ни будь выкрутиться? Почесал нос, немножко подумал, решил: «Была ни была! Расскажу как есть, а там — куда кривая вывезет! Посмотрим, может и получится Варбуна от казни отмазать?» И выдал собравшимся краткую версию «о целях и задачах нашего похода».
Доклад занял минут пять, не больше, так как наводящими вопросами не прерывали. Местные шишки слушали внимательно, на посторонние занятия не отвлекалось, рожи у всех были серьезные и непроницаемые, словно на похоронах. Хотя, если разобраться, то как раз они-то и происходили. Я собственным языком рыл могилу своему приятелю. На душе было мерзко, погано, чувствовал себя подлецом, оправляющим на казнь соратника и сослуживца… К концу речи я уже совсем поник и выдохся.
После рассказа, в юрте на некоторое время воцарилось молчание. Первым его нарушил толстый шад, который, оказывается, то же владел человеческим языком:
— По твоим словам выходит, что вы вдвоем, подговорив дракона стать перелетным скакуном, вздумали пробраться на стойбище и украсть девушку? Скажи, иномирец, а там, откуда ты пришел, разве за воровство не карают? — его голос звучал тяжело, отдаваясь в ушах кандальным звоном.
— Карают, — послушно согласился я. — Чем больше украл — тем сильнее накажут. Если не поделишься с кем надо. Но похищение невесты — это обряд, обычай, принятый у некоторых народов. Дань традициям. Оно происходит не взаправду, а… ну, ритуал, что ли, такой? После того как молодой джигит якобы украдет возлюбленную, он возвращает ее родителям и просит отдать себе в жены. Так делают, если юноша беден и ему нечем заплатить э… калым, вознаграждение родителям, за то, что они вырастили и воспитали такую девушку. Ну и удаль свою показывают, храбрость, мужество… — подумал, что хватит разговора, надо помолчать.
— Удаль, говоришь? — погладил бороду шад, поняв, что продолжать я не собираюсь. — Не вижу удали в том, чтобы ночью, словно презренный воришка — хобгобл, пробраться на стойбище. Не зрю храбрости в черном колдовстве, повергшим в искушение и грех несколько сотен спящих мужчин и женщин. И уж совсем не замечаю мужества в бегстве от кровных врагов, из-за чего родители и все племя были опозорены и вскоре отказались от такого сына. На твоей Родине этот обычай может и хорош, но нельзя навязывать его другим! — припечатал меня толстяк.
Вот так. Играючи на лопатки положил! Но мы еще побарахтаемся…
— Э… мудрейший шад! Ты, безусловно, прав! — сначала нужно согласиться. — В краже нет никакой доблести. Но согласись, Повелитель, разве соединение двух любящих сердец может быть плохим поступком? Разве это можно считать кражей? — добавил риторики. — И что может сделать побежденный, чтобы не допустить полного собственного поражения? Только сохранить свою жизнь! Это его последняя возможность досадить врагам, свести на нет все их усилия и не дать наслаждаться плодами победы. Варбун шанх Каджар не просто бежал от своих кровников. Он отложил месть на более удобное время, когда будет сильнее, когда сможет в открытую противостоять недругам. Разве это трусость? Это всего лишь благоразумие! — ну ка, ребята, что на это скажете?
Все присутствующие выглядели озадаченно, особенно — непобедимый басмач.
— Хм, — главарь — хипстер подтолкнул свою кружку тощему советнику, в его глазах мелькнула тень сомнения, — С этой стороны, поступок нашего пленника мы не рассматривали. Возможно ты, иномирец, прав… Но как же быть с обрядом черной магии? Ведь это — нарушение Правил Магической Ложи! Даже если колдовством не нанесли никому вреда, но оно проводилось на наших землях. Моему Роду не нужны разборки с Блюстителями Света!
Ага! Втянулся в спор. Сомневается. Готов принять иную точку зрения. Умный мужик, оказывается! Надо дожимать.
— Хорошо. А о каких проблемах может идти речь? Представь, мудрейший шад, что раненому бойцу нужно отнять руку… или ногу. Но он потерял много крови, и если его не усыпить на время операции, то он умрет. А если усыпить — то выживет, сможет продолжить род, воспитает сына, который отмстит за