Где-то поодаль от мира

— другой покупает. Каждый сам рискует собственным здоровьем. К доку Хьюи они не захотели идти, решили сэкономить — и вуаля. Впрочем, с тех пор много воды утекло, и если у горожанина нет денег на прием у врача, за него платит город. А потом берет или отработкой, или товаром, да и то в рассрочку. И потому сейчас врачи у нас — достояние города. Будем очень рады, если сможете пройти экзамен у дока Хьюи, такого красивого врача у нас еще не было. — И шериф повернулся ко мне. — Сумел разрулить без стрельбы? Молодец. В каком звании и откуда?
     — Капрал, морская пехота, отделение досмотра и абордажа. Командир отделения.
     — Сколько абордажей? — Шериф внимательно и требовательно смотрел мне в глаза. Тоже эмпат? Или менталист?
     — Пять. — А чего мне врать? Незачем.
     — Правда, — кивнул шериф, откидываясь на спинку скамьи. — А эти идиоты решили на слабо взять.
     — Громила сказал, что он убил многих. И я ему верю, он не обманывал.
     — Да и не обманывал. Вест-сальский мятеж пять лет назад. Он в ополчении командовал отделением ПВО. Сумел ссадить из древней зенитки десантный бот. Получил смертную казнь, но их всех помиловали, и сюда, пожизненно. Так неплохой парень, наш кузнец. Но любит покорячиться.
     — Вы эмпат? — Поинтересовалась Вера. Ну, у нее понятно, профессиональный интерес проснулся.
     — Немного, но это очень помогает в моей работе. — Улыбнулся шериф. Допив кофе, и поставив чашку на стол, он встал. — Позвольте откланяться, я вижу, что моего вмешательства не требуется. И Матвей, если вас не затруднит, зайдите на днях в мой офис. Нужно поговорить. Обычно, часов в семь вечера я там.
     И приподняв на прощание шляпу, неторопливо направился к выходу.
     — Пошли, Вера? — Я вытащил было деньги, но Вера остановила меня.
     — Оплачиваем пополам, — и очаровательно улыбнулась. — Не думай, что ты мне не нравишься, но это один из моих принципов.
     — Ну, пополам так пополам, — согласно кивнул я, выкладывая на стол серебряную монетку в пятьдесят центов. Вера положила к ней пяток медных десятицентовиков. Не сказать, чтобы дорогой ужин, основная стоимость — водка. Но кормежка на самом деле весьма неплоха.
     Вышли из столовки мы спокойно, кузнец с компанией с нами даже вежливо попрощались, на что мы тоже вежливо ответили. Может, и неплохие ребята. Особенно, когда спят зубами к стенке.
     В гостинице нас встретила хозяйка. Выдала нам ключи, и не выдержала, поделилась.
     — Знаете, я не очень поверила вам, когда вы сказали про головану. Но когда я увидела, как она после похода на улицу сначала моет лапы, а потом их тщательно вытирает — я поняла что не права. Таким трюкам собаку не научить. — И Марта покачала головой. Потом кивнула на пакеты, аккуратно сложенные сзади стойки. — Это ваши покупки. С обновками.
     Поблагодарив, и разобрав пакеты, мы пошли по номерам. Вера коротко чмокнула меня в щеку, звонко зевнула, и пошла в номер.
     Я тоже, открыв дверь и поздоровавшись с сонной голованой, сложил обновки, выложил перед Гердой кус копченой оленины, разделся, и завалился в кровать. На чистое белье, на мягкий матрас. Какой кайф все-таки! Через пару минут я уже спал. Правда, перед этим я поставил около кровати заряженный дробовик, а револьверы положил на прикроватную тумбочку.
     Проснулся от бьющего в глаза света, да и организм устал проситься на задний двор этой гостиницы. Так что пришлось вставать, ополоснуть личико под латунным умывальником, надеть штаны и шинелку, бросить через плечо ремень с револьверами и топать к удобствам.
     Внизу поздоровался с хозяйкой, потрепал по макушке Герду, которая обосновалась на массивном кресле в холе, и через вторую дверь вышел на задний двор. Мне вот интересно, тут хоть где-то до унитазов цивилизация дошла? Или и зимой придется орлом над толчком тужиться?
     В принципе, утро дальше прошло совершенно спокойно и буднично. Вера, как оказалось, уже ушла к местному главному эскулапу, и у меня внезапно образовалась прорва свободного времени. Хватило, чтобы перебрать вещи и одежду, перечистить оружие, вычистить сапоги до блеска, выгладить новые джинсы и рубашку, надеть их, и, свистнув Герду, пойти на прогулку по городу. А то Звонкий ручей я толком и не рассмотрел. Да и позавтракать нужно. А потом до конюшни, проверить лошадку и ослика.
     Полные хорошего настроения и классного омлета, мы с Гердой дотопали до конюшни. Осел был вполне себе доволен жизнью, жевал сено и дремал, а вот лошадка нам обрадовалась. И когда привязаться успела? Ткнулась носом мне в плечо, выманивая подачку, так что пришлось отдариваться хорошо посоленной свежей горбушкой.
     — Доброго утра, — вытирая руки клочком сена, к нам с Гердой подошел