Где-то поодаль от мира

еще что-нибудь сделать? В «городской камуфляж» ее, как у старого русского ОМОНа выкрасить, интересно, можно ли так сделать? Выглядеть точно будет интересно и неожиданно, да и на шинель новичка совершенно не будет походить. С этими мыслями я приподнял шарф, который купил вчера, надвинул шляпу поглубже, и пошел через дорогу, к редакции. Герда со мной не пошла, пожаловалась на боль в натруженной лапе. Может, еще и погода действует. Вера пообещала помочь, но только после того, как всерьез здесь обживется. Такие операции на современном оборудовании не проблема, а здесь они очень серьезны. И потому торопиться не стоит.
     На груди поблескивала пятиконечная звезда помощника шерифа. Все-таки офицер полиции на службе де-факто постоянно, независимо от того, его ли смена или нет.
     — О, Матвей, да ты время не теряешь, — меня хлопнул по плечу выскочивший из небольшой пролетки Федька. — Слушай, ты как, сейчас занят?
     — Здорово, Федь, — я в ответ хлопнул его по плечу, выбил облачко пыли из меховой безрукавки. — Да нет, не особо. Вот зайду к редактору вашего средства массовой информации, хочу насчет съема жилья узнать. Жить в гостинице и дороговато, и все-таки свой угол лучше.
     — Ага, правильно, Щарий все про всех знает. Пошли, я с тобой заскочу, а потом поговорим насчет рывка до зимовий. Все, еще пару дней, и санные пути открыты. Я и сани присмотрел, пока в прокат. Не новые, но очень даже неплохие.
     — Федь, ты учти, я вообще не разбираюсь в санном деле. Я лошади то еще даже имени не дал. — Стряхнув с себя снег, я постучал, и толкнул дверь издательства.
     Первое, что я увидел — большое вращающийся барабан какого-то незнакомого станка. Здоровенный парень, в одной пропотевшей майке, вращающий этот станок при помощи колеса ручного привода, тоже весьма не маленького. Потом вылетевшая откуда-то из недр этого монстра газета. Ну, из тех, что я уже видел здесь, и даже прочел парочку в гостинице, из стопки старых номеров на столике в холле. Грубая бумага, черно-белый текст и иллюстрации. Иллюстрации, кстати, скорее схематические.
     — Привет, парни. О, новый помощник шерифа, чем могу помочь? — крепкий бородатый шатен с голубыми глазами улыбнулся, и приподнял свой котелок.
     — Здравствуй, Энтони. — Федька приподнял свой, и я повторил за ним этот жест. Как я заметил, тут он вполне заменял рукопожатие. А при встрече с женщиной был обязателен. — Тут матвей хочет узнать насчет угла для себя, сдает ли кто-нибудь?
     — Ну, скорее, какой-нибудь дом, или флигель для двоих. Точнее, троих, считая головану. Ну, и желательно, чтобы конюшня при нем была, а то держать своих животных на другом конце города не очень удобно.
     — Это кто там вторая? Вера? А говорил, что не твоя девушка, не твоя девушка, — Федька одобрительно ткнул меня в бок своим немалым кулаком. Надо же, не успел заметить, как обзавелся, по крайней мере, хорошим приятелем, а то и другом. Нормально так, душевно. — Правильно, такую девчонку нужно кадрить сразу, а то убежит или уведут. Поздравляю!
     — Спасибо, — смущено ответил я, и посмотрел на доставшего потрепанный блокнот журналиста. Тот перелистал с десяток страниц, подошел к столу и выписал несколько адресов.
     — Вот, это может вас заинтересовать. Сдаются на длительный срок, и в достаточно неплохом состоянии. — Энтони протянул мне вырванный лист. — Ну, у нас вообще старых домов нет, все-таки новый город.
     И, когда я уже было собрался уходить, спросил.
     — А вы знаете, что единственный уцелели из вашего завоза? Остальных убили в Щучьем.
     — Нет, — Я остановился. — Знаете, я этого ожидал. Там слишком весело было после моего ухода.
     — Я тоже высаживался в Щучьем. — Энтони помолчал. Поглядел на вращающего колесо рабочего, и продолжил. — У нас там погибло семнадцать человек. Семнадцать. Из сорока.
     — Ну, я не считал, сколько нас точно. Но Щучий надо стереть, это точно.
     — Нужно! — Согласно кивнул журналист. Постучал пальцами по рукояти револьвера, и продолжил. — Нужно, и это сделаем. Просто пока не знаем, какой приз нужно объявить, чтобы сотни парней были готовы лезть в заваруху. Ладно, успехов в поисках. — И газетчик, обратно приподняв котелок, развернулся и пошел к печатному станку. А мы с Федором вышли на улицу.
     — Пошли, Федь? Покажешь мне, где они находятся, я пока Звонкий ручей вообще не знаю. — В голове у меня крутились слова газетчика насчет приза для парней. Все верно, чтобы заинтересовать идти воевать, нужен серьезный приз. Нужно будет подойти к Щарию, поговорить.
     — Сейчас, погоди. С минуты на минуту «Пони-экспесс» проскачет, видишь, сменного коня готовят? — Федор ткнул рукой в сторону почтовой станции, где на улицу вывели