Генезис 2075

Анакс неоднократно, в силу самых разных причин, читала эту речь, но сейчас ей казалось, что она услышала ее впервые. Неожиданно она поняла ее смысл. Может, и не самый глубинный, но все же… Слова Адама сейчас по-особому взволновали ее, заставив сосредоточить внимание. Голографическое изображение застыло. Она посмотрела на Экзаменаторов.

Экзаменатор: По вашей трактовке, Адам находится в страшном гневе.
Анаксимандр: Да, это так.
Экзаменатор: Подобный подход довольно необычен. Как правило, эта сцена толкуется как столкновение между разумом Адама и его сердцем, однако, я думаю, представив Адама в таком облике, вы пытались показать нам нечто иное.
Анаксимандр: Вы правы.
Экзаменатор: Что же именно?
Анаксимандр: Я пыталась довести до аудитории следующую мысль: вовсе не обязательно считать слова Адама истинным выражением глубинных чувств, которые он испытывает. В ярости, в споре мы можем сказать то, во что, на самом деле, не верим. С моей точки зрения, утверждение о том, что слова Форда — это выражение его жизненной позиции, его кредо, является ошибочным.
Экзаменатор: Если это действительно ошибка, отчего же столь многие ее допустили?
Анаксимандр: Я не в силах судить о том, что у других на уме. Однако я могу утверждать следующее: я верю, что нам выгодно выставлять Адама благородным дураком. В этом заключается извечная проблема с созданием образа героя. Чтобы тот казался чистым и незамутненным, он непременно должен быть глуп. Мир изменчив и покоится на компромиссах. В столь сложной обстановке героям не выжить. Благородные порывы под воздействием разума гибнут. Но Адам — не идиот. То, что он говорит, в этот конкретный момент может казаться ему истиной, но исследователи заблуждаются, ставя здесь точку и утверждая, что Форд придерживался этих взглядов вплоть до самой смерти. А ведь, исходя из этой посылки, они пытаются построить свое толкование Финальной Дилеммы. Мне удалось обнаружить записи, свидетельствующие о том, что разговор между Адамом и Артом на этом не закончился. Совершенно верно, они заключили перемирие, совсем так, как нам рассказывают, однако это произошло далеко не сразу. Согласно моей точке зрения, мы преждевременно хороним Адама и сочиняем погребальные речи, посвященные человеку, который не умирал.
Экзаменатор: Вы ставите под сомнение Финальную Дилемму? Вас так понимать?

Уйти от этого вопроса было невозможно.
Анакс знала, что его зададут, и долго обсуждала ответ с Периклом. «Как же я могу ставить ее под сомнение?» — спрашивала она. «Раз ты в нее не веришь, тебе не остается ничего другого», — отвечал наставник. «Но как столько уважаемых исследователей могли заблуждаться? — удивлялась Анакс — Не выставлю ли я себя самонадеянной и наивной дурой? Вдруг мое мнение станет причиной провала?» Во взгляде Перикла, казалось, мог утонуть весь мир. «В Академии важны не зазубренные знания, а проницательность. Да, возможно, твоя точка зрения не произведет на Экзаменаторов впечатления, но, кроме нее, у тебя ничего нет. Именно в ней и заключается твой единственный шанс пройти испытание».
Анакс вспомнила слова учителя сейчас, пытаясь отыскать наилучшие слова для ответа. Для ее ереси.

Анаксимандр: Финальная Дилемма в том виде, в какой мы о ней знаем, реальна, однако я считаю ее толкование во многом неверным.

Трое Экзаменаторов переглянулись, но ничего не сказали. Анакс стояла перед ними в ожидании знака, который они никак не хотели дать.

Экзаменатор: Досмотрим запись до конца.

Арт медленно захлопал в ладоши. Круглые обезьяньи глаза вперились в Адама:
— И это всё? — поинтересовался андроид.
— Большего ты от меня не услышишь.
— Если бы о силе доводов судили исключительно по степени ярости спорщиков, я был бы вынужден признать поражение. К счастью, в большинстве случаев все обстоит с точностью до наоборот.
— Значит, ты запрограммирован так, чтобы пошатнуть мои взгляды, — пожал плечами Адам, чей гнев, по всей видимости, уже сошел на нет. — В таком случае я лучше просто не буду обращать на тебя внимание. Мы называем это патом.