«Гений» — это детектив и в то же время гораздо больше, чем детектив. Литературный уровень «Гения» приятно удивит даже самого придирчивого ценителя хорошей прозы. Джесси Келлермана сравнивают с Джоном Фаулзом, и в этом есть доля истины. Изощренные, таинственные сюжеты в его романах сочетаются с высочайшим литературным стилем и философской глубиной. Итан Мюллер — галерист.
Авторы: Джесси Келлерман
Лучше всяких лекарств, – сказал он и прикурил.
И тут я задал потрясающе глупый вопрос:
– А у вас рецепт есть?
Он засмеялся, изо рта повалил дым.
– Чувак, это тебе не Калифорния.
На окне у него висел плакат с бин Ладеном, и я почемуто изза этого решил, что Макгрет не такой уж и либерал. Пришлось спросить, каковы его политические взгляды.
– Либертарий,
– ответил он. – Дочка на стенку лезет, когда это слышит.
– А она…
– Она – добрейшей души человек. – Он затянулся и сдавленно произнес: – Правда, она про это забывает, когда надо упечь когонибудь за решетку. Ее приятель раньше ей постоянно по этому поводу мозги полоскал.
С какой стати я так расстроился, что у Саманты есть парень? Я и говорилто с ней в общей сложности – ну сколько? – минут двадцать, наверное. И всетаки я расстроился и принял из рук Макгрета косяк.
Он смотрел, как я делаю большую затяжку.
– А ведь за это и посадить могут.
Я сделал вид, что выбрасываю косяк, но он отобрал его у меня.
– Лично я помираю, а ты чем оправдаешься?
Потом мы просмотрели журналы. Я принес их и сказал, что не очень себе представляю, зачем мы это делаем. Если только гастрономические привычки Крейка и погода не имеют прямого отношения к делу. Макгрет со мной согласился, но все равно пожелал посмотреть на записи в дни убийств.
Генри Стронг исчез четвертого июля 1966 года. В журнале регистрации метеоусловий за этот день была запись:
Солнечно. Макс. темп. 29 °C. Влажность 90 %.
– Вроде похоже, – сказал Макгрет. – Квинс в июле.
Следующие несколько дней были такими же увлекательными:
Солнечно. Макс. темп. 28 °C. Влажность 78 %.
Солнечно. Макс. темп. 31 °C. Влажность 82 %.
Солнечно. Макс. темп. 26 °C. Влажность 90 %.
– Интересно, данные правильные? – спросил я. – А я почем знаю? – Он полистал журнал. – Да, не много мы тут накопаем. Есть идеи? Идей у меня не было. – А что в том, про еду?
Понедельник, 4 июля 1966
Завтрак – яичница
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
Вторник, 5 июля 1966
Завтрак – яичница
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
– Только время теряем, – сказал я. – Наверное, – ответил он. – Давай посмотрим, что там с Эдди Кардинале.
Завтрак – яичница
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
Среда, 3 августа 1966
Завтрак – яичница
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
– Вот что мне интересно, так это как он жрал одно и то же каждый божий день. Вот главная загадка.
Воскресенье, 22 января 1967
Завтрак – яичница
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
– Довольны? – спросил я. – Не жужжи.
Понедельник, 23 января 1966
Завтрак – овсяная каша
Обед – яблоко, ветчина и сыр
Ужин – яблоко, ветчина и сыр
Макгрет поднял голову.
– За день до этого пропал Алекс Ендржевски.
Я перечитал запись.
Завтрак – овсяная каша
– Я в курсе. Ну и что?
– Так разница же.
– Яичница или овсяная каша? И какая тут, на хер, разница? – Я заметил, что после косяка мы стали несколько свободнее в выражениях. – За каким лядом она нужна?
– Важно, что есть изменение.
– Да, прям огромное изменение.
Макгрет велел мне достать из коробки дело Ендржевски. Внутри была знакомая фотография: короткая стрижка, большие зубы, круглое, как мячик, лицо, курносый нос. Если бы маленькому Алексу удалось вырасти, он бы стал страшилой. Но судьба распорядилась иначе – все запомнили его симпатичным мальчишкой.
– Мы говорили с матерью, – сказал Макгрет, листая дело. – Я помню
