Арман ван Осгенвей, он же Виконт, он же Гарс, он же Испанец вернулся и снова в деле!Этот мир на грани межрасовой войны. Королевства и империи находятся в жестоком противостоянии. Из старого пыльного сундука достаются технологии Древних, враги готовятся к последнему броску, чтобы утвердить свое превосходство над другими расами. Вот-вот достигнутое с таким трудом Равновесие рухнет, погребя под собой цивилизацию и надежду на выживание разумных.Вот только теперь это мой мир, и я сделаю все, чтобы отстоять право человеческой расы на жизнь.
Авторы: Юллем Евгений
себе дороже.
— Да и добраться тоже, — сказал я. — Эльку мы с собой в колонии не берем.
— На счастье драконов, — ухмыльнулась Илени.
Из-за портьеры сначала показался нос, потом к нему прибавился и глаз, внимательно осмотревший зал, затем появился и немало смущенный Друг.
— Иди сюда, — позвал я его. — Гроза миновала.
Друг послал мне ментальный образ злого чудовища, преследовавшего бедную маленькую собачку.
— Э, ты на ребенка не наговаривай, — сказал ему я. — А еще ее лучший друг!
Собакин осторожно, на подгибающихся лапах подошел ко мне. Ну да, новая серия «Маша и Медведь» в действии, особенно та, где от маленькой девочки разбегается и прячется вся живность.
— Это что? — фыркнула и чуть не поперхнулась вином Илени, взглянув на моего бедного собакина.
— Это тот самый ужас, — подтвердил я. — Интересно, что она с ним еще сделать хотела?
На голове у Друга красовался розовый бант, такой же был повязан у него на шее.
— Наверное, еще повязать ему на хвост. Для другого она еще маленькая. Иди сюда!
Друг подошел и безропотно позволил снять с себя неподобающие ему знаки отличия. Наконец, он довольно фыркнул, и разлил по залу ментальную волну облегчения.
— Вот так, — потрепал я его по холке. — Хочешь — вон сядь в углу, где тебя не достанет карающая длань нашей маленькой ведьмочки.
Друг с достоинством потянулся и побрел к камину.
— Купите ей куклу, что ли. Или мишку. Плюшевого.
— Было уже, — вздохнул я.
Да, это тоже было одним из моих предметов моего мира, которые я внедрял повсеместно. Пора начинать прогрессорствовать, и вытаскивать этот мир до приемлемого уровня. Хотя бы в быту и повседневной жизни. А вот для этого мне была нужна производственная база. Чем наши совместные предприятия в колониях и занимались. Правда, успехи, честно сказать, были пока более чем скромные…
— После проведенного времени с тетей Иль и обучения началам магии Жизни она кукол и мягкие игрушки препарировала, играя в лекаря, — продолжил я.
— Бр-р, — поежилась Илени. — Я думала, в лекаря по-другому играют…
— Пока так, — многозначительно сказала Фили. — А кто введет другие правила, с тем я поиграю в палача.
— Да ну вас, — отпила глоток вина Илени. — Скучные вы.
— Вот за это и выпьем. За нас, скучных и правильных!
— Давайте! — подняла она бокал.
Да, то что вечер вчера затянулся, я почувствовал только утром. Головка бо-бо, а во рту не коты, а скунсы по… ну, короче, понятно. Поправив ауру и превратив тяжелое похмелье в легкую жажду, я отправился за заботливо припасенным кувшином яблочного сока. Апельсинового, увы, здесь нет. Не растут апельсины в средней полосе.
С наслаждением осушив полкувшина, я пришел в норму. Так, что у нас на сегодня? Ах, да, поездка в Илению, на ферму к стриго. Великая Мать хочет проведать своих подопечных, ведущих себя на удивление образцово и приносящих пользу обеим сторонам. Пора собираться в путь.
Выехать из замка без эскорта не получилось. Инкогнито — инкогнито, а вот фургон господина герцога, то есть мой, никогда не выезжал без полагающейся ему охраны. Двенадцать всадников в красно-золотых мундирах и гербом Бертелани на кирасах были непременным атрибутом моей теперешней жизни. И он меня довольно тяготил — зачем мне дюжина охранников, если еще неизвестно, кто кого беречь будет? Скорее, я их. Но этикет, мать его… Хорошо, что я отказался наотрез ездить в положенной раззолоченной с висюльками карете, а сделал из своего фургона спецтранспорт, бронированный и проходимый. По уровню защиты превосходившей все местные членовозы знатных особ.
Так что наш обоз из двух фургонов смотрелся внушительно — герцог едет, это вам не хухры-мухры. Эльку мы с собой не взяли, осталась с няней из бывших Филиных сослуживиц, а вот Друг сейчас лежал у меня в ногах. Пусть отдохнет бедное животное, а то из охранника превратился в живую игрушку неугомонной мелкой магички. Которая, пользуясь своим преимуществом, вила из него веревки. Прикол с бантиками был не первым, что стоил тот же пес в чепчике… Тогда уржалась вся стража, а собакин был обидчивым. Ну и пометил им сапоги — самая страшная месть подается в тапки, хоть и не кошак он.
— Что думаешь насчет Илени? — спросила меня Фили, сидящая рядом на сиденье.
— А ничего не думаю, — беззаботно ответил я. — Решила заскочить по старой дружбе, раз к Осию собралась. Да и своих проведать — тоже повод.
— Не нравится мне это, — сморщила она нос.
Ну да, ну да. Мелкая женская
