Арман ван Осгенвей, он же Виконт, он же Гарс, он же Испанец вернулся и снова в деле!Этот мир на грани межрасовой войны. Королевства и империи находятся в жестоком противостоянии. Из старого пыльного сундука достаются технологии Древних, враги готовятся к последнему броску, чтобы утвердить свое превосходство над другими расами. Вот-вот достигнутое с таким трудом Равновесие рухнет, погребя под собой цивилизацию и надежду на выживание разумных.Вот только теперь это мой мир, и я сделаю все, чтобы отстоять право человеческой расы на жизнь.
Авторы: Юллем Евгений
— Через пару часов, — я посмотрел на солнце. — Заеду в свой дом и пообедаю. Вам, кстати, рекомендую тоже. И вот вам на новоселье.
Я покопался в фургоне и вынул квартовую бутылку с продуктом королевской винокурни — брат так же не бросил заниматься производством крепких напитков, только делал их уже под знаком короны.
— Лично от его величества, — подмигнул я Вердерсу.
— «Бертелани»? Спасибо, — аккуратно взял бутыль полковник. — Передайте ему мою благодарность.
Варрас стоял с открытым ртом — как же, какой-то полковник передает Его Величеству благодарность. Эх, не знает мастер, что тут пять лет назад творилось…
— Обязательно, Вердерс. Передам. А вы пока обустройте мастера.
— Не извольте беспокоиться, Ваша Светлость! Обязательно.
— Вот и хорошо, — сказал я. — Успехов на новом месте, мастер!
Я вернулся домой в поместье на радость жене и дочери на полтора дня, если уж мерить по часам. Завтра опять придется побывать на Гравии, точнее, в Орктауне. Принять у мастера Варраса список пожеланий и отчет о проделанной работе. И тут, словно по заказу, нас пригласили в гости Сид и Ильга.
О самом застолье рассказывать нечего — попировали мы на славу до позднего вечера. А вот после застолья мы уединились c ним в сигарной — все-таки пристрастился он к этому зелью за время обитания в колониях. И, как водится у умных и не слишком трезвых аристо, разговор зашел о политике — о чем же еще?
— И все-таки, ты не прав, — Его Сиятельство граф Сиддиус ван Дендран нагнулся и помешал кочергой угли в камине.
— В чем же? — я сделал глоток кальвадоса производства винокурни Сида.
Тут, похоже, гнали все. Ну или по крайней мере, как мы, делали хорошие вина. Что это за поместье без собственной, пусть и маленькой, винокурни? Смех, да и только. А Сид, по обычаю своей родины, делал кальвадос из великолепных яблок со своих садов.
— Я не считаю, что эльфы сейчас готовы напасть, — он плюхнулся в кресло. — Лундия сейчас возродилась, мы сильны, как никогда.
— А ушастые нам не могут этого простить. И тоже сильны, — сказал я. — Они все это время копили силы.
— Даже то, что они открыли кубышку Древних и вытащили оттуда орудия Скверны, им не поможет, — скривился Сид. Ну что могут сделать две-три сотни ружей, как ты их называешь, на поле боя?
— Ты не видел, что они из себя представляют, — сказал я. — А эльфийский снайпер-лучник — серьезная боевая единица. При соответствующей тактике…
— Будь у них соответствующая тактика, они бы уже продемонстрировали ее на поле боя.
— Ну линейную тактику они еще не изобрели, да и не нужна она им, — сказал я. — Дождь из стрел при их скорострельности успешно заменяет им залп из ружей. Только вот по убойности и дальности он уступает оружию Скверны.
— Привез хотя бы диковинку, показал бы, — попенял мне он.
— Ага, щаз… Так мне ее и дали. Как всегда, отобрали братья, им новые игрушки понравились. Но скоро такие игрушки мы начнем делать массово. Вот тогда и насмотришься, если, конечно, решишь прийти мне на помощь, — закинул я удочку.
Я чувствовал, что мне нужна моя старая команда, спецгруппа легиона. Из тех, что были со мной тогда и способных творить те же чудеса. С поставленными братьями задачами и по моему разумению, шастать по тылам эльфов сподручнее не одному. Как в той веселой песенке карателей поется? «А деревни выжигать лучше ротой или целым батальоном»? Как-то так.
— У меня своих дел хватает. Да и потерял я хватку, меч в руки давно не брал, — попытался отбрехаться Сид.
— Дела довольного жизнью помещика, — усмехнулся я. — Жена, дети, большое хозяйство и проблемы, связанные с постройкой нового коровника или свинарника. Завидую.
— Ну а не об этом мы мечтали в легионе? Выйти, наконец, на гражданку и зажить мирной спокойной жизнью?
— Не знаю, как тебе — а мне так жить скучно.
— Ладно, пойду еще одну бутылку из погреба возьму, — потряс пустой бутылью Сид.
— Давай, — согласился я. — А я пока проветрю комнату. А то накурили тут… А будущему ребенку это не на пользу, если Иль вдохнет эту адскую смесь.
Я открыл окно и стал вдыхать прохладный ночной воздух, сменивший дневной зной. Через пару минут за спиной скрипнула дверь.
— Что, уже сгонял? — не оборачиваясь, сказал я. — Быстро ты.
— Нет, он еще не пришел, — раздался сзади голос Ильги.
— Зачем сюда пришла? Накурено тут, — попенял я ей. — А тебе вредно…
