Арман ван Осгенвей, он же Виконт, он же Гарс, он же Испанец вернулся и снова в деле!Этот мир на грани межрасовой войны. Королевства и империи находятся в жестоком противостоянии. Из старого пыльного сундука достаются технологии Древних, враги готовятся к последнему броску, чтобы утвердить свое превосходство над другими расами. Вот-вот достигнутое с таким трудом Равновесие рухнет, погребя под собой цивилизацию и надежду на выживание разумных.Вот только теперь это мой мир, и я сделаю все, чтобы отстоять право человеческой расы на жизнь.
Авторы: Юллем Евгений
и Спутника. Не отходил от меня целый день ни на шаг, гордо демонстрируя Эльке, что он у меня главный. Видимо, воспитательная беседа с ней дала свои плоды — бантиков на причинных местах собакина больше не обнаруживалось.
Тут скрипнула дверь в мой кабинет. Я поднял глаза…
— Ты чего не спишь? — спросил я у вошедшей Эльки, которая давно должна была быть в кроватке и смотреть десятый сон. — А ну марш в кровать!
— А яблочко можно? — она показала пальцем на большое блюдо с яблоками, которые сегодня она же с веток и стрясла.
— Бери. Съешь и спать, — пододвинул я к ней блюдо.
— Я не себе.
— В смысле?
— А тете.
— Какой тете?
Опять у нее появились воображаемые друзья, как у большинства детей ее возраста. Бабайки, монстры, аот теперь еще тети…
— С которой мы играем. Забавная такая, смешная…
— Кто? — у меня по спине побежал холодок.
— Да тетя эта. Про тебя спрашивала…
Я схватил посох одной рукой и Лория другой, и, как есть, побежал в ее комнату, вверх по лестнице. Друг, который смекнул, что дело очень даже нечистое, несся за мной. Ну а Элька замыкала процессию, топоча со всех ног.
Тетя, о которой она говорила, была не эфемерная. Посреди комнаты стояла молодая черноволосая женщина в обтягивающем черном кожаном комбинезоне. И к воображаемым она явно не относилась. Пес зарычал при виде гостьи, оскалил зубы и поднял шерсть на загривке.
Вот только в чем был прикол — она стояла в позе ласточки, не шевелясь. А режущие и колющие предметы были аккуратно сложены около кровати Эльки.
Я посмотрел магическим взором на ауру гостьи. Да, черно-красная. Аура убийцы. И боевого мага средней руки.
— Ты почему меня не позвала? — оторопело спросил я у Эльки.
— А зачем? Мне было скучно, а тут тетя пришла. Поиграть не с кем. Мне бы она ничего не сделала, — Элька щелкнула пальцами, и женщина опустилась на пол и встала на «мостик».
В куклы решила поиграть? Я выдохнул. Дочка управлялась с боевым магом, как с пупсиком.
— Скажи «мама».
— Мама, — сказала тетя.
Несмотря на ситуацию, я чуть не заржал. Еще, вероятно, никто не использовал боевого мага, пришедшего с явно дурными намерениями, в качестве куклы. Молчать, поручики, я имел в виду именно детскую куклу, а не ту, о которой вы подумали!
А главное, Элька поняла, что надо делать. Только вот втык она все равно получит за то, что вовремя не позвала.
Ладно, но этот цирк пора кончать. Я сделал жест, похожий на шлепок. И тело ночной визитерши упало на пол без чувств.
— Тетя устала, ей спать пора. Тебе, молодая леди, тоже.
— Сказку? — потребовала дочь.
— Поздно уже. Давай, спи.
— А завтра с тетей можно будет поиграть?
Ну как давать обещания, заранее зная, что ее нынешняя игрушка до утра не доживет?
— Завтра со мной поиграешь, — пообещал я.
— Ура!!!
— Не вопи так, весь замок разбудишь, — я приложил к губам палец. — А пока я твою игрушку уберу.
Я взял гостью на руки и в сопровождении Друга понес ее в подвал. Кто сказал, что у меня нет своей допросной по образцу подвалов Искореняющих? Она мне перешла по наследству от старых хозяев замка. Судя по всему, Бертелани пользовались ей довольно часто, а у меня она простаивала.
— Сбегай за Фили. Пусть придет сюда, нужна ее помощь, — наказал я Другу и пес унесся исполнять приказание.
А мы пока ее подготовим к допросу.
Гостья упорно не желала говорить. На ее месте я бы тоже молчал, если был бы смысл. Все равно прибьют, зачем душу облегчать?
— Говорить будешь? — я взял ее за челюсть.
Она лишь злобно посмотрела на меня.
— Ну что? — спросила Фили. — Приступим к мерам воздействия?
— Можно попробовать, но мне кажется, она скорее сдохнет, чем заговорит.
— Гильдия Убийц — они такие, — Фили кивнула на распоротый кинжалом рукав комбинезона гостьи, где через лоскуты была видна татуировка на предплечье.
Две линии крест-накрест в круге — для посвященных очень даже говорящие символы. Скрещенные мечи и голова. И заслуженные — те, кто сделает себе такое, не будучи членом Гильдии, рискуют быть освежеванными заживо. Корпоративная этика, епта…
— Попробуем, — я снял кусок тряпки и накинул ей на лицо.
— Вечно ты со своими нововведениями, — сказала Фили. — Не лучше ли по старинке, каленым железом да щипцами?
— Тряпка с водой еще лучше. Если боль еще как-то можно отключить
