Герцогиня

Сутки девицы отлёживались, даже надумали, наконец-то, в зеркальный зал попасть. Увы.
— Завтра утречком раненьким — к Маре.
— С чего это? Мы ж у неё уже…
— То вы были на обследовании, теперь пойдёте на ту сторону прилавка. Откуда лекари смотрят.
— Так мы ж в лекарском деле…
— А и не надо. Служительницами. Я с Марой говорил. Мертвецкая, родильное, травма.
— Сутками?
Я старательно изобразил улыбку радостного идиота:
— Ага.
— Мы там сдохнем. Господин.
— Может и так. Только… мне здесь слабых не надо. Слабые у нас медведей на погостах пугают. Не сдохнете. Я не велю.
Цыба попала за компанию. Вышла бы замуж, уехала бы в селение, крестьянствовала бы там. В роли жены «представителя сельской интеллигенции», например. Или здесь, за какого-нибудь чиновника или мастера вышла. Женщина видная, желающие — только свистни. Не захотела. Сама по себе баба на «Святой Руси» жить не может. А в службе… — служба.
Ростиславе надо дать понятие жизни и смерти. В каких трудах и муках человек рождается. Какие при этом бывают… риски и эпизоды. Какая это ценность — жизнь человеческая. С самого начала, с первого вздоха. И даже прежде.
По моему мнению, весь генералитет нужно раз в год в родильное на экскурсию водить. Не обязательно только на тяжёлые случаи. А депутатов — ежеквартально. Для понимания и расстановки приоритетов.
Посмотреть начало полезно после подробного знакомства с концом. Бытия человеческого. Чтобы, приняв на руки младенца новорожденного, сразу представить — как его, дай бог выросшего и состарившегося, будут обмывать, одевать и упаковывать. «В тот ларчик, где ни встать ни сесть».
Полезны также некоторые… случаи между двумя этими точками. Способы прервать течение жизни. И способы этому противодействовать. Травматизм у нас постоянно. В большой семье… не щёлкают. Причём, в отличие от боевых ран, травмы почти всегда проявление идиотизма.
— Бревно на голову? Так с чего ж ты туда попёрся? Тебе ж кричали!
— Эта… ну… дык… не поверил я.
Травмированный, в первый момент, часто идиот панический. Выбитый из своей обычной колеи, не доверяющий ни себе, ни лекарям. Находится в состоянии ужаса. Видеть, как здоровые мужики вопят и писыются, озирая свой открытый перелом — полезно. «Писыются» не от боли — от страха.
Сопереживание, «зеркальные нейроны»… И навык это «со-» — давить. Не становиться дублем вопящего от ужаса и боли индивидуума, а, задвинув чуйства туда, где им и место, делать дело. Например, держать орущего мужика за плечи. Пока ему ногу отпиливают. Идиот: грибок-язва-гангрена-ампутация. Запущенный юродивый из Волока Ламского.
Эксперимент удался: уже и Цыба проблевалась. А Ростишка — ничего. Наплакалась, но без истерик.
Из разнообразных последствий полученного госпитального опыта отмечу установившиеся дружеские отношения между Радой и Ростиславой. Боярыня, которой Ростишка помогала в родах с попочным прилеганием, сразу учуяла «благородное» происхождение помощницы. Это не хитро: даже словарный запас отличается. Надо просто знать, что проявляющиеся диалектизмы — сословные, а не локальные.
На расспросы Ростислава не отвечала, а когда прямо спросили, послала, как и было велено, ко мне. Рада чувством смущения — несколько обделена, заявилась. Начала издалека. Типа:
— Глянулась мне та сопливка. Отдай-ка её в помощницы, может толковая повитуха получится.
Когда я заюлил, начал отнекиваться, туману напускать…
«Не пытайтесь здесь обманывать, здесь все евреи».
Здесь — ещё хуже.
Коллеги! Не надейтесь обдурить предков! Они не отличают ледебурит от перлита, но ложь от правды — за версту.
Умная дама: не стала на меня наезжать да на мелочах ловить, а начала рассказывать о своих проблемах.
Сына она женила, старшую дочь замуж выдала. Младшей, боярышне урождённой, здесь, среди поганых лесных, смердов да холопов беглых — жениха не сыскать. Отдавать младшенькую в Русь, а самой здесь оставаться — не хочет. Ей охота внуков потетешкать. Идти в чужой дом тёщей «взапечку» — не славно. Опять же, здесь она величина, всяк на улице кланяется. А там? — «Мать жены. Мать её».
— А к Лазарю?
— Там своих… Цену себе сложить не могут.
Другая тема: «Закон Паркинсона». Она классный мастер своего дела. Акушерка от бога. Но две другие ипостаси: «учитель» и «администратор» — не тянет. Отрасль растёт. Едва ли не быстрее всех основных медицинских направлений. В каждом городке и крупном селении ставится акушерский пункт. Нужны инструкции, оснащение, снабжение, подбор и расстановка кадров, контроль, статистика… Не её. А поставить над ней начальника нельзя. Она